-- Возражаю! -- резко оборвал его Семмерли. -- Теперь, когда у нас есть карта, а этим мы обязаны сообразительности и ловкости мистера Мэлоуна (я вынужден привести его слова), -- наш единственный долг -- принять все меры, чтобы немедленно же выбраться здравыми и невредимыми из этого ужасного места.
-- Блага цивилизации не дают вам спать! -- простонал Чалленджер.
-- Да, сэр! И самым большим благом цивилизации я считаю чернила, сэр! Мы должны отчитаться во всем, что видели здесь, а дальнейшим исследованием пусть занимаются другие. Вы же сами с этим согласились до того, как мистер Мэлоун показал нам свою карту.
-- Ладно! -- примирительно буркнул Чалленджер. -- Я и сам буду чувствовать себя более спокойно, если у меня будет уверенность, что труды нашей экспедиции не пропадут понапрасну. Каким способом спуститься нам отсюда, я еще не имею понятия. Но до сих пор не было еще той проблемы, которую бы не разрешил мой изобретательный ум. Я обещаю вам завтра же основательно заняться этим вопросом.
Остановившись на этом решении, мы принялись при свете костра и маленькой свечки за составление первой карты затерянного мира. Малейшие детали, занесенные мною в записную книжку, были приняты во внимание и нашли свое место на карте. Указывая карандашом на озеро, Чалленджер спросил:
-- Как мы назовем его?
-- Почему бы вам еще раз не обессмертить свою фамилию? -- ядовито вставил Семмерли.
-- Я уверяю, сэр, что мое имя и без того передастся потомству, -- сухо и серьезно ответил Чалленджер. -- Какой-нибудь невежда может увековечивать свое безразличное для всех имя, назвав им гору или реку. Я же в подобных памятниках не нуждаюсь.
Семмерли, принужденно усмехаясь, собирался было произвести новое нападение, но лорд Рокстон поспешил положить конец пикировке.
-- Вам, мой друг, предоставляется право придумать название для озера, -- сказал он, обращаясь ко мне. -- Вы первый открыли его и если вам вздумается назвать его "Озеро Мэлоун", то это будет вовсе не худо.