-- Нет, -- резким тоном произнесла она.
Герствуд насторожился. В голосе жены ему послышалась какая-то опасная нотка.
-- Давно пора! -- продолжал он, обращаясь больше к самому себе, нежели к жене, ибо в ее поведении ему почудилось что-то неладное.
Он снова взялся за чтение, в то же время прислушиваясь к малейшему звуку в комнате и стараясь угадать, что будет дальше.
По правде говоря, человек, столь умный, наблюдательный и чуткий, как Герствуд, не стал бы вести себя подобным образом с раздраженной женой, не будь он всецело поглощен другими мыслями. Если бы не Керри, если бы не его восторженное состояние от ее согласия, он не видел бы свой дом в таком приятном свете. Вовсе не дышал его дом в этот вечер уютом и весельем. Просто Герствуд глубоко заблуждался, и ему гораздо легче было бы бороться с надвигавшейся грозой, вернись он домой в обычном настроении.
Почитав еще несколько минут, Герствуд решил, что надо так или иначе сдвинуть дело с мертвой точки. Жена, по-видимому, не намерена так легко идти на мировую. Поэтому он сделал первый шаг.
-- Откуда у Джорджа взялся этот пес, с которым он играет во дворе? -- спросил он.
-- Не знаю, -- отрезала миссис Герствуд.
Герствуд опустил газету на колени и стал рассеянно глядеть в окно. "Не надо выходить из себя, -- мысленно решил он. -- Нужно быть настойчивым и любезным и как-нибудь подипломатичнее наладить отношения".
-- Ты все еще сердишься из-за того, что произошло утром? -- сказал он наконец. -- Не стоит из-за этого ссориться. Ты можешь поехать в Вокишу, когда тебе будет угодно.