Франта полез в карман за портновским мелом и нарисовал на крышке опрокинутого трамвая — задней стены баррикады — серп и молот.
— За это тогда по роже били, а?
— Ну, били, — вздохнул Бручек. — Много глупостей делали, — что верно, то верно…
И они передавали друг другу окурок — пан Бручек, Франта Кроупа и товарищ «Недерланд».
Это началось в половине десятого.
На среднюю баррикаду, пригибаясь, прибежала девушка в форме трамвайных служащих.
— Послушайте, ребята из больших домов передают вам, что немцы спускаются садами к реке.
Внимание устремилось к другому берегу. Ра-та-та-та, ра-та-та-та… — ритмично застучали автоматы на первой баррикаде. Значит, товарищи уже знают… Одиночные винтовочные выстрелы, резкие, как щелкание бича, прощупывали кустарник. А затем снова промежутки глубокой тишины, словно и те и другие собирались с духом. Бручек задумчиво потянулся, взялся за винтовку и пробурчал:
— Надо туда пойти… там одни молокососы,! — И он уже бросился к узкой щели сбоку баррикады. Франта схватил его за руку.
— Подождите, пан Бручек, скорой до нас дойдет!