Тутъ послѣдовала тревога тѣмъ болѣе шумная, что члены мирового съѣзда не условились напередъ о томъ, что предстоитъ дѣлать въ настоящую минуту. Матвѣевъ и его товарищи болѣе хладнокровные разсчитывали, что засѣданіе будетъ идти своимъ чередомъ, не взирая ни на какихъ именитыхъ гостей; но они не сообразили, что предводитель потеряетъ голову, а Путиловъ съ Бигельманомъ ринутся туда, гдѣ идетъ встрѣча. Появленіе вѣстника было сигналомъ суматохи. Бигельманъ кинулся бѣжать, не говоря ни слова, но князь Туманскій нарочно спряталъ его шапку подъ бумагами, и бѣдный Андрей Густавовичъ сталъ кубаремъ вертѣться по всѣмъ угламъ залы, разыскивая свой головной уборъ. Путиловъ началъ было: -- намъ кажется должно всѣмъ встрѣтить гостей у города, но видя что никто ему не отвѣтилъ, потихоньку направился къ выходу. Старичокъ предводитель то подбѣгалъ къ дверямъ, то возвращался къ зеленому столу.-- Ужь предводительствуйте вы, Владиміръ Матвѣичъ, говорилъ онъ дрожащимъ голосомъ:-- вѣроятно Иванъ Ивановичъ захочетъ побывать въ засѣданіе съѣзда. Ахъ, Господи! никуда я не гожусь въ этихъ суматохахъ! Такъ мы къ вамъ и придемъ, а вы бы велѣли поставить стульевъ побольше. Ради Бога, не уходите, Сергѣй Ильичъ; вѣдь нашъ съѣздъ гласный, это нынче любятъ... Да что съ вами, Андрей Густавовичъ? Вы меня совсѣмъ съ ногъ сбили. Хорошо бы и выбрать для доклада дѣльце позанимательнѣе; такъ ли, Владиміръ Матвѣичъ?...
-- Какъ же, какъ же, отвѣчалъ Матвѣевъ, кусая губы; -- за этимъ, конечно, дѣло не станетъ. О смѣнѣ волостного старшины Купріянова за пьянство и драку съ писаремъ, прибавилъ онъ проглядывая бумаги.
-- Что вы, что вы. Боже васъ сохрани, какое это дѣло!
-- Или жалобу помѣщицы Канифасовой на посредника Матвѣева за потворство...
-- Вотъ еще выдумали! Какой самоотверженный Брутъ отыскался! Спрячьте это подальше! Господи, я думаю они уже въ городѣ!
-- Еще дѣло, прибавилъ Лѣсниковъ, смѣясь: -- о самовольной порубкѣ крестьянами...
-- Бога вы не боитесь! Станутъ говорить въ Петербургѣ, что наши мужики рубятъ лѣсъ самовольно!
-- Я думаю, Михайло Егорычъ, сказалъ Матвѣевъ вставши:-- что лучше будетъ отложить наше засѣданіе до отъѣзда высокихъ посѣтителей. Большая часть присутствующихъ такъ взволнована, что дѣла не могутъ не потерпѣть отъ этого. Что вы бѣгаете по комнатѣ, Андрей Густавовичъ? Что съ вами такое?
-- Шляпы не могу отыскать, моей шляпы, проговорилъ Бигельманъ, задыхаясь, и бросился къ дивану, на которомъ сидѣлъ я, не двигаясь съ мѣста.
Причина, по которой я одинъ сидѣлъ, не двигаясь съ мѣста, состояла въ томъ, что мой добрый сосѣдъ и спутникъ Иванъ Петровичъ, мало интересуясь ходомъ засѣданія и позавтракавши именно въ тотъ часъ, когда у себя дома обыкновенно обѣдалъ, счелъ долгомъ сперва прилечь головою къ спинкѣ дивана, и вслѣдъ за тѣмъ заснулъ сномъ невиннаго младенца. Но все время пока шли пренія, я прикрывалъ сонливца своею фигурой и даже руку положилъ такъ, что она нѣсколько закрыла, его физіономію, но диванъ стоялъ недалеко отъ выхода, и когда Бигельманъ принялся искать на немъ своей шляпы, истина не могла долѣе скрываться. Я всталъ съ мѣста, обнаруживъ распростертую особу любителя гласныхъ мировыхъ совѣщаній. Матвѣевъ, Лѣсниковъ и князь Туманскій разсмѣялись; но бѣдный предводитель, захлопотавшійся до того, что лишился способности понимать все вокругъ происходящее, отшатнулся и произнесъ: