-- Будьте увѣрены, Олимпіада Павловна, сказалъ я: -- будьте увѣрены, что дѣло это устроится непремѣнно. На этихъ же дняхъ я долженъ побывать у дяди: ругайте его какъ хотите, а надо ему отдать справедливость въ одномъ: онъ ни судовъ, ни жалобъ самъ не любитъ. Я увѣренъ, что онъ и не слыхалъ о рвеніи своего управляющаго. по всей вѣроятности, онъ назначитъ легкій штрафъ за порубку, а можетъ быть и вовсе оставитъ дѣло безъ послѣдствій.
-- Отчего безъ послѣдствій? не надо безъ послѣдствій! Я подарковъ принимать отъ него не стану, очень мнѣ нужно его богатство. Мои мужики не хуже его мужиковъ, а еще лучше. Пьяницы они, да имъ за то есть что пропивать, а его-то православные, первые оборванцы въ уѣздѣ.
Я далъ слово въ самомъ скоромъ времени обработать дѣло Олимпіады Павловны; она, конечно, осталась у насъ обѣдать, и день прошелъ очень весело. Къ вечеру Власъ явился съ докладомъ, что работы шли "безъ малаго какъ въ хорошее время", и что на завтрашній день за оброчниками остановки не будетъ. Отдохнувши нравственно, я рѣшился завтра же побывать у дяди Бориса Николаевича, но судьба приготовила для меня поѣздку въ другую сторону.
Когда я ложился спать, мнѣ подали записку отъ одного изъ моихъ любезнѣйшихъ и ближайшихъ сосѣдей Петра Ивановича Зарудкина, отставного подполковника, съ отличіемъ участвовавшаго въ знаменитой крымской кампаніи.
"Милостивый государь и уважаемый другъ Сергѣй Ильичъ", гласила цидулка, и слогомъ, и почеркомъ напоминавшая что-то крайне старинное, хотя автора ея мы звали старцомъ болѣе для шутки -- "по здравомъ обсужденіи настоящихъ и имѣющихъ наступить обстоятельствъ, въ хозяйственномъ отношеніи, я и Иванъ Петровичъ вознамѣрились продать имѣнія наши, жизнь же свою болѣе проводить за границею. Покупщикъ есть, но, не взирая на весьма невысокую цѣну, имъ предлагаемую, мы оба готовы сдѣлать еще сбавку съ сей цѣны, еслибы вы пожелали совершить покупку. Если вы свободны, то посѣтите насъ, не теряя времени. Примите и проч."
"Петръ Зарудкинъ".
"P. S. Если находится у васъ pulsatilla и tinctura sulphuri въ гомеопатическомъ видѣ, соблаговолите привезти съ собою. Я еще не получилъ этихъ лекарствъ изъ Петербурга, а хлопоты этого печальнаго времени причинили мнѣ, при моемъ несчастномъ состояніи здоровья, безсонницу, какія-то неопредѣленныя страданія подъ-ложечкой". "П. З".
-- Боже мой! сказалъ я, даже привскочивъ на постели: -- что могло случиться съ нашими Орестомъ и Пиладомъ, съ милыми чудаками, безъ которыхъ я просто не могу вообразить себѣ уѣзда и жизни въ деревни?..
На утро я поскорѣй напился чаю и поскакалъ, исполненный безпокойства, къ Петру Ивановичу и Ивану Петровичу.