-- Да я ихъ почти не знаю, и Надя-Полька тоже.
-- Да много ли надо, чтобъ раззадорить человѣка послѣ обѣда съ хересомъ и портвейномъ! Теперь они въ своей стихіи и не помнятъ себя отъ радости. Слышите, какъ радостно кричатъ они?
Раздался свистокъ, и всѣ мачты въ обѣихъ лодкахъ упали, будто по сигналу. Мѣра была умная, потому-что вѣтеръ стихъ, и мы тоже сняли мачту и принялись за весла. Цѣлью нашею было добраться до берега ранѣе преслѣдователей.
Но это было довольно трудно: ялики летѣли стрѣлою, ихъ устройство было лучше устройства нашей лодки, весла противниковъ разсѣкали воду съ неслыханною яростью. Шайтановъ и Пулманъ утомились грести: я смѣнилъ перваго изъ нихъ.
-- Чего вамъ надобно? закричалъ Шайтановъ, когда ялики подошли поближе.
-- Ваша дама должны съ намъ кататься, произнесъ съ одного ялика рулевой, въ красной курточкѣ.
-- Да мы-то не хотимъ! закричала Надя-Полька.
-- Мы васъ увезти! Goddamn! закричалъ тотъ же англичанинъ.
-- Увезти, увезти! закричали другіе ломанымъ русскимъ языкомъ: -- а вы, gentlemen, ступай въ воду.
-- Отъѣзжайте, буяны! кричалъ Шайтановъ.