-- Еще не все потеряно, сказалъ онъ важнымъ голосомъ по окончаніи сей инспекціи.-- Васъ нужно выбрить сейчасъ же и брить каждодневно въ теченіе трехъ мѣсяцевъ. Волоса ваши могутъ исправиться.
-- Не выбрить ли и мнѣ головы? робко спросилъ я, при семь удобномъ случаѣ.
-- Непремѣнно! отвѣтилъ стригунъ съ обязательной улыбкой:-- а у насъ ужь готовы два парика, будто для васъ дѣланные!
Но въ эту минуту рѣчь француза была остановлена величественно грустнымъ жестомъ, со стороны второго изъ волосатыхъ посѣтителей, до сей поры не встававшаго со своего стула и вслушивавшагося въ нашу бесѣду съ глубокимъ вниманіемъ. Когда рѣчь коснулась до бритыхъ головъ, сей таинственный, худощавый и молчаливый гость, вставъ съ своего мѣста, мѣрными шагами направился въ нашу сторону.
-- Милостивые государи, сказалъ онъ мнѣ и толстому господину:-- вотъ до чего доводитъ охота брить себѣ голову. Смотрите и цѣпенѣйте отъ ужаса! Тутъ онъ сорвалъ съ себя парикъ и нагнулся въ нашу сторону.
-- Какое зрѣлище! вскричали мы всѣ въ одинъ голосъ.
На головѣ худощаваго незнакомца не было ни одного волоса. Она сіяла подобно бильярдному шару изъ лучшей слоновой кости!
-- Что это значитъ? какъ дошли вы до этого? съ ужасомъ вскричала толстая жертва химика Тир-Каротта.
-- Очень просто, отвѣтилъ худощавый гость, скрестивъ на груди руки. Мои волосы были жидки, сухи и слабы. По совѣту ложнаго друга, и выбрилъ голову и ждалъ новыхъ волосъ, ждалъ ихъ съ каждымъ днемъ; но они не пришли. У меня не осталось ни одного волоса; корни ихъ, имѣвшіе достаточную силу на питаніе волосъ, уже существовавшихъ, упорно отказались произвести должный ассортиментъ совершенно новыхъ.
И, сказавъ эти короткія слова, незнакомецъ накрылъ себя парикомъ, надѣлъ шляпу и проворно ушолъ изъ лавки.