Вмѣстѣ съ сими двумя судами, изъ коихъ первымъ начальствовалъ Капитанъ Паркъ, а вторымъ Пальмеръ, отправился изъ Порта Джаксона шлюпъ Парпойсъ, 10-го Августа 1803 года.
До 17-го числа не случилось ничего примѣчательнаго, а сегодня послѣ полудня Катонъ увидѣлъ открытую банку, о которой далъ знать сигналомъ шлюпу Парпопсу. Шлюпъ тотчасъ сталъ править къ банкѣ, но чрезъ короткое время опять занялъ свое мѣсто, и пошелъ прежнимъ курсомъ. Находясь теперь въ предѣлахъ пассадовъ, они имѣли постоянный, свѣжій вѣтеръ, съ коимъ быстро подавались къ сѣверу; но около десяти часовъ того же вечера усмотрѣли буруны, и съ бака тотчасъ закричали на шканцы: "бурунъ передъ носомъ!"
Вахтенный Офицеръ немедленно сталъ поворачивать, а во время сего дѣйствія хотѣли выпалить изъ фалконета для извѣщенія другихъ двухъ судовъ объ опасности, но какъ въ то время судно было противъ вѣтра, а фалконетъ находился на планширѣ, то лишь сняли покрышку, какъ въ ту же секунду весь порохъ унесло съ запала, такъ, что они не успѣли скоро сдѣлать сигнала.
Положеніе ихъ теперь, было крайне опасное: шлюпъ не могъ поворотить, сигнала предстоящей гибели сдѣлать не успѣли. Шлюпъ свой видѣли они въ толкущейся водѣ {Это выраженіе непонятно, во я не могъ придумать лучшаго для означенія того, что Англичане называютъ broken water. Ихъ морской языкъ такъ богатъ, что многія вещи и дѣйствія означаютъ они однимъ или двумя словами, для изъясненія коихъ намъ надобно употребить нѣсколько строкъ. Broken water означаетъ толкучее волненіе, бывающее отъ двухъ спорныхъ теченій или отъ вѣтра и теченія, дѣйствующихъ другъ противъ друга, или отъ малой глубины, въ. пространныхъ моряхъ встрѣчаемой, гдѣ большое волненіе производитъ на оной то я чаю. Прим. перев. }; да и другія два судна скоро приближались къ бурунамъ, и они уже вовсе отчаялись въ спасеніи.
Ночь была темная и облачная, и вѣтеръ дулъ довольно крѣпко. Парпойсъ шелъ подъ фокомъ и двурифленными марселями. Служители его, бывши между подобными рифами въ прошломъ году, очень хорошо знали ихъ свойства, а потому ни малѣйшей не имѣли надежды спасти себя; но, къ счастію ихъ, они ошиблись, ибо, вмѣсто тѣхъ рифовъ, протягивающихся узкими грядами, имѣющихъ по обѣимъ сторонамъ большую глубину, и подверженныхъ сильному приливу и отливу, кои они встрѣчали, здѣсь нашли они обширныя гряды, занимающія такое пространство, что теченіе едва было примѣтно. При стеченіи столь гибельныхъ обстоятельствъ служители не пришли въ отчаяніе, не оробѣли и не упустили изъ виду своей должности ни на одну минуту. Они хотѣли употребить всѣ возможныя средства не только для своего собственнаго спасенія, но и для избавленія отъ угрожавшей имъ опасности своихъ сопутниковъ, и потому, увидѣвъ, что шлюпъ ихъ не могъ поворотить оверъ-штагъ, и что не удалось имъ сдѣлать желаемаго сигнала другимъ судамъ, они, поднявъ передніе стаксели и положивъ руль на вѣтеръ на бордъ, стали поворачивать чрезъ фордевиндъ и въ то же время, изорвавъ книгу, зажгли листы ея въ разныхъ мѣстахъ навѣтренныхъ русленей, производя между тѣмъ громкій крикъ.
Это дѣйствіе предостерегло суда, находившіяся тогда весьма близко къ шлюпу, и показало имъ опасность, для избѣжанія коей они сдѣлали все возможное съ величайшею скоростью и присутствіемъ духа: Бриджватеръ привелъ к,ъ вѣтру на лѣвый галсъ и спасся; идучи симъ галсомъ, онъ такъ близко прошелъ Катона, что дѣйствительно коснулся его и задѣлъ нѣсколько буруновъ; но Катонъ не былъ такъ счастливъ: онъ погибъ вмѣстѣ съ Парпойсомъ.
Въ то самое время, какъ экипажъ Парпойса смотрѣлъ на Бриджватеръ, бывшій уже внѣ опасности, и на погибающій Катонъ, какъ шлюпъ уклонялся носомъ подъ вѣтеръ, и когда онъ лежалъ уже въ параллель протяженію рифа, тогда, посреди глубокаго молчанія и тишины, сталъ на мель.
Первый ударъ былъ легокъ, но слѣдующая волна бросила его съ величайшею силою, произвела по всему судну страшный трескъ, и положила его совсѣмъ на бокъ, сломавъ въ то же время фокъ-мачту въ топѣ. Тогда бурунъ началъ ходить черезъ судно. Теперь кончилось ужасное недоумѣніе, въ коемъ находился экипажъ: они уже не опасались, что шлюпъ ихъ, ударившись о коральное дно, уклонится отъ него и тотчасъ пойдетъ на дно; но вмѣсто того пребывали въ надеждѣ, что онъ не разобьется до утра, и что тогда возьметъ ихъ къ себѣ Бриджватеръ. Цѣлость этого судна ободряла служителей какъ шлюпа Парпойса, такъ и Катона. Весь экипажъ перваго, выключая двухъ человѣкъ, при семъ опасномъ случаѣ оказалъ необыкновенную твердость духа и удивительное равнодушіе, и особенно ботсманъ, который, въ самомъ отчаянномъ положеніи, всегда былъ твердъ и сохранилъ присутствіе духа.
Офицеры и служители Катона равно были благоразумны и хладнокровны въ своихъ поступкахъ: ихъ-то искусству и твердости должно приписать, что въ столь опасныя минуты, Катонъ не сошелся съ Бриджватеромъ, и не вовлекъ его въ общую съ собою гибель.
Капитанъ Флиндерсъ {Это былъ тотъ самый извѣстный Капитанъ Флиндерсъ, находившійся на шлюпѣ пассажиромъ, который прославился плаваніемъ своимъ для описи Новой Голландіи и Новой Гвинеи и пребываніемъ въ долговременномъ плѣну у французовъ на Островѣ Маврикія (Isle de France). Въ путешествіи его онъ повѣствуетъ подробнѣе о семъ кораблекрушеніи и о мѣрахъ, кои были принимаемы для спасенія экипажа, и потому я счелъ за нужное помѣстить здѣсь его описаніе.