"Полагая, что мы находимся недалеко отъ того мѣста, гдѣ въ 1782 году погибъ англійскій Остъ-Индскій корабль Гровеноръ, я спрашивалъ у нихъ, знаютъ ли они что нибудь о семъ приключеніи. Большая часть отвѣчали, что знаютъ, и одинъ, взошедъ на высокій песчаный холмъ, показывалъ то мѣсто, гдѣ этотъ корабль сталъ на мель.
"Потомъ распрашивалъ я ихъ, неизвѣстно ли имъ чего объ участи начальника сего корабля, Капитана Коксона, который, спасшись при кораблекрушеніи, съ нѣкоторыми другими хотѣлъ сухимъ путемъ достичь Мыса Доброй Надежды. На сей вопросъ дикіе меня увѣдомили, что Капитанъ Коксонъ и бывшіе съ нимъ люди убиты жителями за то, что не хотѣли отдать одному изъ ихъ старшинъ двухъ бѣлыхъ женщинъ, которыхъ онъ просилъ у нихъ въ жены; а какъ бѣлые не имѣли при себѣ ни какого оружія, то и не могли сопротивляться. Притомъ же Кафры находились тогда въ ссорѣ съ колонистами, а потому опасались, чтобъ эти люди, достигнувъ голландскихъ селеній, не соединились съ ними и не пошли на Кафровъ войною. Извѣстіе это по сходству положеній Англичанъ и нашего, было весьма для насъ непріятно; я спросилъ, въ какомъ отношеніи нынѣ находятся Кафры къ колонистамъ: "мы теперь друзья, отвѣчали жители, и будетъ ихъ вина, если мы поссоримся."
"Отвѣтъ ихъ нѣсколько меня успокоилъ на счетъ собственной нашей безопасности; но участь двухъ бѣдныхъ Англичанокъ крайне меня тревожила. Я усердно просилъ жителей разсказать мнѣ все, что они объ нихъ знаютъ: живы ли онѣ или померли, и если живы, то гдѣ теперь находятся. Они отвѣчали, съ примѣтнымъ соболѣзнованіемъ, что одна изъ нихъ умерла вскорѣ по прибытіи въ домъ старшины, а другая долго послѣ того жила, и имѣла отъ него нѣсколько дѣтей, но гдѣ она теперь находится, они не знаютъ.
"Отобравъ всѣ свѣдѣнія, какія только было можно, о семъ плачевномъ происшествіи, остальное время дня мы помогали жителямъ вытаскивать на берегъ разныя вещи, приносимыя съ корабля волненіемъ. Мы замѣтили, что если имъ попадался какой либо корабельный членъ, они тотчасъ клали его въ огонь и сжигали, а потомъ съ неимовѣрнымъ терпѣніемъ рылись въ золѣ и выбирали самомалѣйшія частицы желѣза."
Когда настала ночь, жители немедленно удалились, и оставили несчастныхъ мореходцевъ у песчаныхъ холмовъ безъ пищи и покрова. Погода была бурная при холодномъ восточномъ вѣтрѣ. Американцы въ совѣтѣ положили, чтобъ одна половина ихъ оставалась на стражѣ, а другая легла спать у огня, и такимъ образомъ въ продолженіе ночи смѣняться.
Но никто изъ нихъ во всю ночь не могъ закрыть глазъ, ибо съ одной стороны палящій жаръ отъ огня, а съ другой холодъ, безпрестанно заставляли ихъ ворочаться съ боку на бокъ; притомъ крѣпкій вѣтеръ, воздымая песокъ облакомъ, наполнялъ имъ уши, глаза, ротъ. Сверхъ всего этого и жителямъ они не вовсе довѣряли.
Наконецъ настало утро, и Кафры явились во множествѣ. Старшина ихъ, зная, что бѣлые имѣли нужду въ пищѣ, привелъ имъ быка, котораго сами же Кафры тотчасъ убили и раздѣлили по долямъ. Каждый свою часть поджарилъ, или лучше сказать, только подпалилъ на огнѣ, и съѣлъ съ жадностью. Если бъ весь быкъ былъ отданъ Американцамъ, то его стало бы на нѣсколько дней; но Кафры были сами голодны, а потому хотя на словахъ подарили быка гостямъ своимъ, но на дѣлѣ сами воспользовались большею частію мяса.
Замѣчено, что Кафрамъ болѣе всего нравились внутренности животнаго: разрѣзавъ брюхо, они въ ту же минуту, вываливъ все, что въ немъ ни было, начали рвать по частямъ, и не разбирая, что имъ попадалось, пожирали съ жадностью мокрыя и еще дымящіяся отъ паровъ части.
Послѣ сего, такъ сказать, завтрака, нѣкоторые изъ Американцевъ пошли на берегъ, и увидѣли свой баркасъ довольно далеко подъ парусами. Корабль же между тѣмъ крѣпкимъ вѣтромъ часъ отъ часа ломало болѣе, и безпрестанно что нибудь приносило съ него къ берегу. Кафры были неутомимы въ работѣ, вытаскивая все, что только имъ попадалось. Но въ это время досталась имъ находка, причинившая капитану не мало заботы: это была бочка, содержавшая въ себѣ 60 Галановъ (18 ведеръ) рому. Количества сего было достаточно, чтобъ перепоить до безумія всѣхъ находившихся тутъ Кафровъ, около трехъ сотъ человѣкъ. Пристрастіе ихъ къ хмѣльнымъ напиткамъ было извѣстно капитану, и онъ страшился послѣдствій. Чтобъ избавиться отъ страха и безпокойства, Американцы имѣли одно средство: подкрасться къ бочкѣ такъ, чтобъ жители не примѣтили, и проломить въ ней одну доску. Предпріятіе это кончилось удачно. Кафры, не зная что было въ бочкѣ и куда дѣвалось, воспользовались только обручами.
Одинъ изъ Кафровъ нашелъ компасъ, который блескомъ своимъ до того ему понравился, что онъ подарилъ его старшинѣ, а этотъ разобравъ его на части, мѣдныя изъ нихъ навѣсилъ себѣ на шею. Это обстоятельство доставило случай капитану отлично угодить старшинѣ: онъ снялъ съ башмаковъ большія свои томпаковыя пряжки, вычистилъ ихъ до блеска, и подарилъ ему, а старшина тотчасъ привѣсилъ ихъ къ ушамъ своимъ, и въ такомъ нарядѣ началъ выступать съ важностью. Казалось, что и подвластный ему народъ взиралъ на него съ большимъ противъ прежняго почтеніемъ, и удивлялся великолѣпію убранства.