"Однажды мы чрезвычайно удивились, увидѣвъ между ими мальчика лѣтъ двѣнадцати, который былъ совсѣмъ бѣлый и имѣлъ всѣ черты лица европейскія, между тѣмъ какъ жители были совершенно черны и во всемъ походили на негровъ. Мы замѣтили, что мальчика сего употребляли они какъ слугу для посылокъ и не позволяли ему ѣсть вмѣстѣ съ собою. Онъ обыкновенно ѣлъ послѣ ихъ, но получалъ равную съ ними долю. Люди эти жили между собою совершенно по-дружески: когда одному удавалось что нибудь получить, то если было можно, на всѣхъ дѣлили добычу поравну.
"Въ рѣкѣ водятся морскія коровы; онѣ обыкновенно по ночамъ приплываютъ къ берегу, и питаются травою. Жители часто убивали ихъ сонныхъ, и мясо употребляли въ пищу. Они также имѣли много слоновой кости, и готовы были продать оную за бездѣлицу, но у насъ не было мѣста, куда грузить ее.
"Снабдивъ себя достаточнымъ количествомъ съѣстныхъ припасовъ, отправились мы въ дальнѣйшій путь въ пятомъ часу утра 29-го числа. Переходя чрезъ баръ встрѣтила мы такой сильный бурунъ, что онъ едва не залилъ нашего судна, и почти, было бросилъ оное на каменья. Вышедши изъ рѣки, мы стали править къ рѣкѣ Св. Люціи.
"6-го Апрѣля вошли мы въ желанную рѣку, не встрѣтивъ на пути ничего достопримѣчательнаго. Съѣхавъ на берегъ, мы тотчасъ увидѣли, что теперь должны будемъ имѣть дѣло съ народомъ весьма отличнымъ отъ того, который оставили. Здѣшніе дикіе, при первомъ нашемъ предложеніи о съѣстныхъ припасахъ, объявили, что они ничего за оные не возьмутъ, кромѣ самаго мелкаго бисера. Но когда мы показали имъ мѣдныя пуговицы, то они немедленно доставили намъ быковъ, птицъ, картофелю, тыквъ, и проч. Быковъ мы не могли купить, потому что дикіе просили за нихъ большихъ мѣдныхъ колецъ, годныхъ на ошейники, которыхъ у насъ не было; но птицъ и тыквы они продавали весьма дешево: за шесть куръ мы имъ платили лоскутъ холстины, стоящій въ Англіи не дороже четырехъ пенсовъ (сорока копѣекъ).
"Въ рѣкѣ Св. Люціи простояли мы три недѣли, ѣздили по окружнымъ селеніямъ, и старались намѣнять у дикихъ сколько возможно болѣе надобныхъ намъ припасовъ. Мѣдь предпочитали они всѣмъ другимъ вещамъ: мы нашли случайно ручку сего металла отъ стараго комода и предложили имъ; они тотчасъ согласились дать намъ за нее нѣсколько быковъ, которыхъ въ то же время пригнали къ берегу. Дикари эти были весьма горды и не имѣли той простоты, которою отличался народъ, видѣнный нами прежде. Самый главный ихъ старшина, получивъ отъ насъ впередъ плату за ночлегъ, не постыдился украсть изъ корзинки нѣсколько желѣзныхъ вещицъ, взятыхъ нами на путевыя издержки. Находясь дня три между дикими въ ихъ жилищахъ, мы ни разу не могли ихъ уговорить, чтобъ она съ нами ѣли. Мы замѣтили, что они весьма опрятны и ревнивы до крайности.
"18-го числа, дождавшись благополучнаго вѣтра отъ W, снялись мы съ якоря въ семь часовъ утра, за четверть часа до полной воды. Но когда приблизились почти вплоть къ бару, тогда нѣсколько человѣкъ изъ матросовъ осмѣлились, противъ воли офицеровъ, убрать паруса и стать на якорь на песчаной банкѣ, а потомъ девятеро изъ нихъ сѣли въ ялъ и поѣхали на берегъ, объявивъ, что они лучше хотятъ жить съ дикими, чѣмъ утонуть, покушаясь перейти чрезъ баръ. Мы не знали на что рѣшиться, итти ли изъ рѣки, или возвратиться на прежнее мѣсто; но послѣдняго теперь предпринять было невозможно, ибо отливъ и вѣтеръ шли противъ насъ; на мѣстѣ оставаться также было опасно, потому что при у былой водѣ буруномъ разбило бы судно въ куски. Напослѣдокъ мы отважились сняться съ якоря, и пуститься чрезъ баръ; проходя онымъ, мы находились въ крайней опасности: на немъ воды было только восемь футовъ, а ботъ шелъ въ грузу на пять. Около получаса мы пребывали въ страхѣ, и жизнь наша, какъ говорится, висѣла на волоскѣ. Наконецъ вдругъ очутились мы на гладкой водѣ и на просторѣ, прошедъ баромъ безъ всякаго поврежденія. Мы стали править вдоль берега, по которому шли и оставившіе насъ матросы; многіе изъ нихъ были почти совсѣмъ безъ платья.
"20-го числа въ четыре часа пополудни пришли мы въ рѣку Делаго, и положили якорь на девяти саженяхъ глубины. Здѣсь нашли мы сноу {Snow -- судно, имѣющее фокъ и гротъ-мачту; по вплоть за сею послѣднею стоитъ третья мачта, на которой поднимается большой парусъ, подобный бизани съ гикомъ. Прим. перев.} Розу, подъ начальствомъ Капитана Кандлера. Онъ покупалъ у жителей рогатый скотъ и слоновую кость. Мы просили его принять насъ на свое судно, и доставить въ Бомбей, куда ему надлежало итти.
"Чрезъ три дня нашего здѣсь пребыванія, пріѣхали сюда на такой же лодкѣ, какія употребляются здѣшними жителями, трое изъ матросовъ, оставившихъ насъ въ рѣкѣ Св. Люціи. Отъ нихъ узнали мы, что остальные шесть человѣкъ находятся на другой сторонѣ залива Делаго, и просятъ прислать за ними гребное судно. Теперь наши Офицеры думали, что лучшаго времени и удобнѣйшаго случая имъ уже не представится сохранить компанейскую выгоду. На сей конецъ Г. Джонсъ отправилъ четырехъ человѣкъ на берегъ за ихъ товарищами, двоихъ на сноу, а самъ, на вооруженной шлюпкѣ Капитана Кандлера, пріѣхавъ на ботъ, забралъ всѣ талеры, серебро и депеши, какія только найти могъ, и перевезъ на Розу, съ тѣмъ, чтобъ доставить оныя въ Мадрасъ. Бывшіе на богѣ, опасаясь, чтобъ Г. Джонсъ еще разъ не вздумалъ ихъ навѣстить, ушли ночью въ море.
"25-го Мая Роза снялась съ якоря и отправилась къ острову Мадагаскару, чтобъ докончить тамъ нагрузку, прерванную въ Делаго ссорою съ жителями, которые, продавъ Капитану Кандлеру около ста головъ рогатаго скота, угнали оный назадъ. Въ тотъ же день увидѣли мы чужое судно, узнали, что это былъ нашъ ботъ, и догнали его. Ба немъ находились два человѣка, одинъ изъ нихъ былъ избавитель нашъ -- тимерманъ. Онъ убѣдилъ капитана купить у него ботъ за 500 рупій {Rupee -- индѣйская монета цѣною около серебрянаго полтинника. Прим. перев. }, въ которыхъ и дано было ему тогда же обязательство. Изъ шести человѣкъ, пришедшихъ сухимъ путемъ съ рѣки Св. Люціи, трое померли, а двое были опасно больны отъ трудовъ и изнуренія, на пути ими претерпѣнныхъ. Послѣдніе также вскорѣ померли; 14-го Іюня оба судна прибыли къ острову Мадагаскару и остановились на якорѣ у мѣстечка Морондова, а 16-го числа туда же пришелъ корабль Карнарвонъ, подъ начальствомъ Капитана Гатчинсона: онъ шелъ изъ Европы въ Китай.
"Такъ какъ деньги и депеши назначены были въ Мадрасъ, то Г. Джонсъ со всѣми нами переѣхалъ на Карнарвонъ. 1-го Іюля пошли мы изъ Морондова, а 1-го Августа пришли въ Мадрасъ, гдѣ передали правительству какъ бумаги, такъ деньги и всѣ вещи, Компаніи принадлежащія."