-- Со мною... ничего, сказалъ онъ, собравшись съ силами. Я только хотѣлъ спросить, какъ попалъ къ вамъ портретъ этой дамы?
Внезапно Стефани припомнилось, что она слыхала отъ Венскаго и Іезера, будто Гельбахъ бываетъ изрѣдка въ домѣ Зибеля.
Неужели тутъ надо искать объясненія его печальныхъ глазъ, его измученнаго лица? Неужели онъ, кого она такъ долго любила безъ взаимности, влюбленъ въ эту дѣвушку? Его худо скрываемое волненіе давало право на это предположеніе.
Злая улыбка промелькнула по ея губамъ.
-- Красивая дѣвушка, не правда-ли, Гельбахъ? Только, увы! она, говорятъ, уже не свободна.
-- Оставьте это! Я все знаю... т. е. я хочу сказать... какъ попалъ къ вамъ этотъ портретъ, Стефани?
Цѣлый хаосъ мыслей, отъ которыхъ закружилась его голова, промелькнулъ въ его мозгу. Врядъ-ли Лезеръ принесъ Стефани портретъ своей невѣсты! Ничто не доказывало, чтобъ Стефани вообще знала, что онъ женихъ дѣвушки.
Милосердый Боже! Портретъ Евы здѣсь, среди самыхъ интимныхъ воспоминаній Стефани, среди ея реликвій, какъ называла она эти трофеи своего фривольнаго прошлаго! Портретъ Евы въ рукахъ этой женщины!
Гельбахъ взглянулъ на стоявшую рядомъ съ нимъ красавицу. Онъ зналъ, что она воплощенная ложь, быть можетъ, за исключеніемъ ея страсти къ нему. Такъ пусть же эта страсть сдѣлается средствомъ вырвать у нея правду.
Онъ преодолѣлъ себя, подошелъ на нѣсколько шаговъ и взялъ Стефани за руки.