Глаза, глядѣвшіе сегодня вдаль, не устремлялись безсознательно въ туманное прошлое, а мужественно обращались впередъ, на дѣйствительную жизнь.
Тонелла и старый ученый уже углубились было въ полусерьезный, полушутливый споръ насчетъ развитія французской оперной музыки, какъ Марта пригласила всѣхъ наверхъ, чтобъ втихомоку подкрѣпиться стаканомъ вина, и вмѣстѣ съ тѣмъ напомнила имъ, что среди нихъ находится выздоравливающій и что поэтому нельзя слишкомъ медлить отъѣздомъ.
Маленькое общество не ждало вторичнаго приглашенія выпить, и пока Гейденъ раскупоривалъ бутылки, а Марта разливала крѣпкое красное вино въ маленькіе стаканчики, Ева глядѣла въ открытое пространство между кустами сирени, на дворцовый паркъ, на старыя, могучія группы деревьевъ, цвѣтущія клумбы и обширныя лужайки, между которыми, точно зеркало, сверкали небольшіе пруды и озера.
Въ этой части парка было почти совсѣмъ пустынно. Только по временамъ доносились издали, изъ широкихъ аллей, ведущихъ къ замку, смѣхъ и крики дѣтей.
Ева, защищая глаза рукою, съ минуту созерцала мирную картину, какъ вдругъ на извилистой боковой дорожкѣ, соединявшей главныя аллеи съ разстилавшимися позади ихъ лугами, она увидала мужскую фигуру, прямо направлявшуюся на поросшій сиренью холмъ.
Свѣтлосѣрое пальто было свободно накинуто на плеча одинокаго путника; онъ шелъ такъ быстро, точно у него была опредѣленная цѣль, которой ему не терпѣлось достигнуть.
Въ это мгновенье Тонелла подошла къ Евѣ. Легкій крикъ изумленія вырвался одновременно у обѣихъ; глаза ихъ радостно блеснули; минуту спустя Тонелла уже бѣжала внизъ по холму съ крикомъ восторга и устремилась по лужайкѣ на встрѣчу одинокому пѣшеходу.
При радостномъ возгласѣ Топеллы всѣ быстро обернулись къ Евѣ, но должны были сначала удовольствоваться тѣмъ, что увидали, какъ дѣвочка исчезла далеко внизу въ складкахъ сѣраго пальто. Неясно произнесенныя Евою поясненія пролили мало свѣта на происшествіе.
Черезъ нѣсколько минутъ, держась за руку Гельбаха и сіяя радостью, появилась на вершинѣ холма Тонелла.
Гансъ навѣрно посердился-бы на эти сверкающіе глазки, еслибъ, устремившись на него, они не подѣлились съ нимъ молча своею радостью и не просили его: порадуйся съ нами!