-- На фабрикѣ все въ порядкѣ?
-- Лезеръ позаботился обо всемъ. Онъ отлично замѣнилъ тебя. Своимъ хладнокровнымъ обращеніемъ онъ пріобрѣлъ необыкновенный авторитетъ надъ рабочими. Если бы только упрямая дѣвочка согласилась дать ему слово, мы могли бы быть покойны и тутъ и тамъ.
-- Ты вѣдь знаешь, что я не стану ее принуждать.
-- Еще бы! Ну, ты еще увидишь плоды твоей снисходительности и слабости!
За шахматнымъ столомъ Елена смѣялась надъ какимъ-то особенно удачнымъ ходомъ. Фрау Зибель вышла изъ комнаты, чтобы въ своемъ будуарѣ привести въ порядокъ счета, какъ дѣлала она въ теченіи пятнадцати лѣтъ каждый день послѣ обѣда. Ева заняла покинутое теткою мѣсто у камина.
Зибель кивнулъ ей серьезно, но ласково, и, слегка погладивъ ея густые, черные волосы, близко придвинулъ къ ней стулъ.
-- Милое дитя мое, началъ онъ своимъ спокойнымъ голосомъ, къ невозмутимому тону котораго Ева такъ привыкла, что была поражена внезапно дрогнувшею въ немъ тревожною ноткою,-- милое дитя, скажи мнѣ откровенно, что съ тобою?
-- Ничего, дядя. Я иногда немного утомлена, вотъ и все.
-- Охотно посылалъ бы я тебя съ Еленой для твоего развлеченія въ театръ или концерты, но вѣдь ты знаешь, какъ строго смотритъ тетка на такія вещи.
-- Знаю, милый дядя. Прошу тебя, не безпокойся объ этомъ.