Глава VII.
Было около девяти часовъ вечера, когда худощавый мужчина, закутанный въ длинное, темное пальто, съ широкою, мягкою поярковою шляпою на головѣ, позвонилъ у двери узкаго, двухъэтажнаго дома въ нижней части Фридрихштрассе, недалеко отъ улицы Бессель.
Домъ этотъ производилъ непривѣтливое впечатлѣніе заброшенности. Нижній этажъ казался пустымъ; по крайней мѣрѣ всѣ окна фасада были закрыты извнутри ставнями.
Бель-этажъ былъ освѣщенъ. Свѣтъ лампы подъ краснымъ абажуромъ проникалъ между наполовину откинутыми занавѣсами изъ полинявшаго зеленаго шелка.
Въ третьемъ этажѣ всѣ окна, кромѣ послѣдняго справа, были темны. За нимъ на рабочей конторкѣ, стоявшей подъ самымъ окномъ, горѣла кабинетная лампа.
Человѣкъ въ темномъ пальто поднялся по неопрятной лѣстницѣ до третьяго этажа. Квартира, въ которой мерцала одинокая кабинетная лампа, выходила тремя дверями на площадку.
Незнакомецъ три раза рѣзко и съ короткими промезкутками постучалъ въ среднюю дверь. Неряшливая горничная, съ дерзкими глазами и очень бѣлыми зубами, открыла ее.
-- Господинъ адвокатъ уже ждетъ васъ.
Онъ хотѣлъ пройти мимо, но она преградила ему дорозу.
-- Такъ сегодня ничего не выпадетъ на мою долю?