Тодеуш, самый расторопный, проворный и смелый из служителей Графа, был посылан им безпрестанно то в Вильно, то в Варшаву; то он привозил огромныя брики с различными снадобьями и принадлежностями роскоши всех родов; то отвозил и привозил важныя бумаги от разных лиц в Варшаве.
Наконец привезен был пакет, приведший в неизъяснимый восторг Графа и положивший конец разъездам Тодеуша.
* * *
"Что вы так задумались, пани Стольникова?" спросил Тодеуш, входя в комнату почтенной Теодоры, под предлогом поиграть с малыми Стасiо.
Тодеуш, со дня вкуснаго ужина, стал находить, что Теодора, может быть иногда очень приятного собеседницею; что цвет лица ея очень еще свеж и что она, кажется, гораздо моложе сорока лет. Все эти соображения заставили его приходить к ней в комнату так часто, как только позволяло приличие, потому что предлогом этих посещений было всегда желание Стася играть с дюсем (Тодеушем), как называло его дитя и что очень охотно копировала мамушка.
Теодора стояла у окна и грустно смотрела на работников, носивших землю, кирпич, воду; их веселыя песни, говор, смех, раздавались по всему полю; с тоюж грустию взор ея переносился на друтих, разчищающих место для обширнаго сада; еще далее в разных местах видны были люди пашущие землю...... Теодора вздыхала..... она вздрогнула, когда услышала вопрос Тодеуша; он повторил: "о чем думает пани Стольникова?"
"О той ночи чудес, пане Тодеуш, которая решила судьбу всех нас и сделала пустыню нашим всегдашним жилищем!"."
"Эта пустыня, скоро будет раем; вот увидите; теперь, разумеется, всего кончить нельзя, потому что уже осень, однакож можно было начать. На будущую весну поля эти будут покрыты хлебом; в саду вы найдете безчисленное множество самых прекрасных цветов."
"А зима, Тодеуш зима!... не ужели вы ни за что щитаете остаться здесь в такое неприятное время года?"
"Что делать, почтенная Теодора!... впрочем у нас ведь есть прекрасная музыка."