На другой же день он поехал к Семипалову, на его достраивающуюся фабрику, не застал его в конторе, в деревянном временном балагане, построенном при стройке, не приказал о себе говорить, а сам прошел к строящемуся кирпичному зданию. Опытным глазом окинул он всю стройку, выведенные стены, поглядел толщину их, взвесил на руке кирпич, сообразил общий план постройки и распорядка на фабричной земле, - и все одобрил: было основательно, прочно, на долгие годы рассчитывалось - и делалось споро. Он поднялся на леса: леса были крепки и стойки: "на сараи потом пойдут, лес кондовой" - назначил и место прадед. На лесах он нашел и самого Семипалова: тот что-то говорил с подрядчиком, поставив одну ногу на мостки, а другою опираясь о выведенную кирпичную кладку, - прадед залюбовался им: в канаусовой синей рубашке, широкогрудый, с русыми, слегка вьющимися волосами, подстриженными в кружок, румяный, он что-то объяснял подрядчику, указывая на кладку, а тот - черный мужик с сильной проседью, без картуза, - почтительно его слушал. Прадед подошел к нему, поздоровался - и на вопрос о невесте, с удовольствием ответил:
- Тряпки выбирать поехала на сговор.
И они начали, с обоюдным удовольствием, деловой разговор.
В это самое время Ариша выбирала "тряпки" в лавке у отца. Она выбирала долго, тщательно, отбирая товар по списочку, который составила на бумажке. Тут были отрезы и целые куски материй, шелковых и шерстяных, платки, шали, полушалки. Она так долго, внимательно и не торопясь, делала свой выбор, что отец, заехав в лавку, застал ее еще там, - и, не мешая ей, залюбовался на нее: так хорошо она знала товар, так умела, что и как спросить, - и было видно, что и приказчикам было приятно отпускать ей: она ничего не путала, не заставляла делать ничего лишнего, точно называла сорта и определяла нужные ей цвета, вычисляла, сколько требуется аршин. Она увидела приехавшего отца, подошла к нему, поцеловала ему руку, ответила на какой-то его вопрос и так же неспешно закончила свою покупку, дождалась, когда ей все упаковали и все увезла с собою. Старый приказчик, суровый Петрович, не мог удержаться и сказал прадеду с удовольствием, двигая седыми бровями:
- Купцы первостатейные Арина Прокопьевна-с.
Прадед спросил довольно:
- Что ж, много наторговал, Петрович?
Петрович показал ему отпускной счет на все, отобранное Аришей: она был на крупную сумму, - и ответил:
- С почином, батюшка Прокопий Иваныч!
В ответе был почтительный намек на начало свадьбы, тонко прикрытое поздравленье: до сговора поздравлять было не принято. Прадед похлопал его по плечу: