Поступаев вернулся из Ясной Поляны и много рассказывал о Толстом.
-- А Брюсов? -- тихонько спросил я его. -- Читали?
-- Читал. Со страхом. А он слушал. Нахмурился, брови сердитые. "Не люблю,-- сказал,-- стихов. Это все пустое. Ну, уж читайте".
Я начал с "Каменщика". Нарочно не поднимал на него глаз, чтобы не остановиться. Думаю: дочитаю -- и кончено. Прочел и глянул на него. Вижу: брови подобрели, хмурость сошла, и ушам своим не верю:
-- Это хорошо, правдиво и сильно.
Тут я ободрился и попросил позволения еще прочесть.
-- Читайте.
Я начал, а начинаются стихи с четверостишья, осмеянного во всех журналах:
Я жить устал среди людей и в днях,
Устал от смены дум, желаний, вкусов,