Как бы там ни было, ряд важных балканских проблем мы все же успели уже выделить и изъять из восточного вопроса, но не успели ввести их в вопрос славянский. Чтобы сделать это, необходимо ныне предварительно ввести их в некоторую промежуточную стадию, составляющую естественный переход от вопроса восточного к вопросу славянскому. Эта промежуточная ступень носить имя "балканского союза".
Следует прежде всего отметить, что с этим именем "балканского союза", или "балканской федерации", и сами дипломаты и, тем более, печать и публика связывают весьма различные представления. Нужно признать, что ему много содействует, по всей неопределенности, самое название. Действительно, термин "федерация" как бы указывает на весьма тесную форму слияния, почти на превращение вступивших в состав ее государств в одно сложное государство, подобное Соединенным Штатам или Швейцарии -- словом, на принятие формы союзного государства. Термин "балканский союз", вполне допускающий и такое толкование, как и предыдущий, может вместе с тем обозначить и нечто иное, несравненно менее слитное и постоянное, именно обыкновенный оборонительно-наступательный или даже только оборонительный союз, заключенный государствами Балканского полуострова с вполне определенною целью -- помешать ожидаемому дальнейшему движению Австро-Венгрии в сторону Эгейского моря и обеспечить на полуострове территориальный status quo. Естественно, весь вопрос о балканском союзе совершенно меняется, смотря по тому, какое реальное содержание вкладывается в этот широкий, всепокрывающий термин.
Ценность идеи балканского союза представляется нам, с точки зрения интересов России и славянства, весьма условной. Эта политическая комбинация, бесспорно, имеет огромное значение, но значение это может быть для нас и наших зарубежных братьев как в высшей степени благотворным, так и весьма опасным и вредным, смотря по тому, каков будет состав союза и какая мысль ляжет в его основу. В зависимости от этого балканский союз будет иметь для нас и вообще для славян значение либо положительное, либо отрицательное.
В последние годы вопрос о балканском союзе выдвинулся на очередь в связи с актом аннексии Боснии и Герцеговины. В идее балканского союза дипломаты и публицисты увидали наиболее удобный способ воспрепятствовать дальнейшему австро-германскому движению на юго-восток, ввиду чего и печать, и общественное мнение у нас и на Западе благосклонно отнеслись к этой политической комбинации, признавая за нею очень большое значение и ценность.
Русская политика последних лет, ближайшим образом связанная с именем А.П. Извольского, также стремится к созданию балканского союза, во главе которого русский министр желал бы поставить Турцию как величайшее из балканских государств. Задача этого проектируемого союза -- совместная охрана территориального status quo от всяких покушений извне собственными силами балканских государств.
Этот план балканского союза с Турцией во главе и поддерживается в настоящее время русским влиянием вопреки традиционной политике России в восточном вопросе и, несмотря на чрезвычайное осложнение, вызываемое необходимостью строить балканский союз при участии, а значит, и на пользу Турции. Однако резкая противоположность интересов Турции, с одной стороны, и христианских государств Балканского полуострова -- с другой, сильно умаляет возможность возникновения такого противоестественного союза и, во всяком случае, делает совершенно невероятным его продолжительное и устойчивое существование.
На первый взгляд может, конечно, показаться, что союзная комбинация, имеющая целью создать преграду для австро-германского движения на юго-востоке, выполнить свое назначение тем лучше и полнее, чем больше государств примет в нем участие, и что, таким образом, участие в союзе Турции, как наиболее могущественной балканской державы, может быть только желательным. Так и думает ныне большинство сторонников балканского союза, как у нас, так и на Западе, хотя и по соображениям далеко не одинаковым. У нас действуют при этом без всяких задних мыслей, просто исходя из того, отмеченного только что, положения, что с Турцией балканский союз будет гораздо сильнее, чем без нее. На Западе, особенно в Англии, идея балканского союза имеет иную окраску, и потому мысль об участии в нем Турции основана на соображениях более глубоких и идущих гораздо дальше: балканский союз, по мысли западных политиков, должен быть направлен не только против Австро-Венгрии, но в такой же степени и против России. Если в данную минуту идея балканского союза и не принимает заметным образом такой русофобской окраски, то исключительно потому, что непосредственная опасность угрожает теперь с австро-германской стороны, с которою Англия находится в натянутых отношениях и в соперничестве, тогда как с Россией отношения считаются дружественными, а сама Россия признается в достаточной мере ослабленною. Но все же идея балканского союза с Турцией во главе, взятая вне особых условий данного исторического момента, является столько же враждебною России, как и Австро-Венгрии, и оплотом и залогом этой враждебности по отношению к России является именно участие в союзе Турции. С точки зрения английской политики, враждебной Берлину, но недоверчиво относящейся и к Петербургу, такая концепция балканского союза представляется, конечно, вполне осмысленной, но в высшей степени странно и досадно, если на ту же точку зрения становятся русские органы и русские люди и не замечают весьма неглубоко скрытой тенденции поддерживаемого с берегов Темзы проекта.
Можно без всякого преувеличения сказать, что цели политики нашей в Европе совершенно бескорыстны в смысле территориальных приобретений. Это не значит, разумеется, что европейская политика наша не должна стремиться принести русскому народно-государственному организму реальную пользу, а лишь обозначает, что польза эта должна быть извлечена не непосредственно -- путем приобретения в собственность земли, а косвенно -- путем выгодного для России и для всего славянства прочного устроения судьбы всех славянских народов посредством объединения их в одно союзное государство. Для того чтобы балканский союз мог принести в полной мере пользу его участникам, он должен сообразоваться с этою конечною целью русской политики в Европе, должен образовать первую ступень, первый шаг к союзному всеславянскому государству, призванному гармонически слить единство целого с полною свободою частей. Это и есть та, одинаково выгодная для обеих сторон мысль, которая должна лечь в основу балканского союза.
Рассматриваемый как переходная стадия на пути от вопроса восточного к вопросу всеславянскому, балканский союз получает вполне определенную окраску и подразумевает ряд ясных, положительных задач, в постепенном осуществлении коих будет заключаться настоящий смысл его существования. Задачи эти могут быть формулированы, в общем, так:
1) Всестороннее братское сближение балканских автохтонов между собою и с русским народом в видах последующего вступления в составе общего союзного государства.