Итак, в силу взаимного с Россией соглашения Япония присоединяет окончательно к своим владениям Ляодун и всю южную Маньчжурию, то есть бассейн Ялу и Ляо-хэ, и беспрепятственно аннексирует Корею, за исключением наиболее северного клочка ее, к северу от Белых Камней. Эта последняя частица Кореи и вся северная Маньчжурия, лежащая в бассейне Амура, передаются в полную собственность и державное обладание России. Оба правительства совместно добиваются признания нового положения Маньчжурии со стороны Китая.
Но маньчжурский вопрос отнюдь не может считаться альфой и омегой русско-китайской политики: не менее, а, может быть, даже еще более важны для нас другие вопросы, касающиеся северных и западных окраин Китайской империи и отмеченные нами выше. Аннексия этих северных и западных окраин составляет одну из наиболее настоятельных и неотложных задач нашей внешней политики. Дело это мы вполне можем провести самостоятельно, и ни у кого не спрашивая разрешения.
С другой стороны, и для Японии область, занимаемая ею ныне в Маньчжурии, отнюдь не является достаточною: она охватывает лишь земли, лежащие к востоку от Ляо-хэ, тогда как земли, лежащие к западу от этой реки и образующие географически составную часть южной Маньчжурии, остаются до сих пор в китайских руках. Это обстоятельство представляет весьма много неудобств для японцев. Неудобно оно было бы и для нас, так как благодаря этому обстоятельству нам пришлось бы и впредь граничить в Маньчжурии с Китаем, что весьма существенным и наиболее неудобным для нас образом удлиняет и изгибает русско-китайскую границу, которую мы желали бы видеть возможно более короткой и прямой. Общность интересов обеих держав и выгодность взаимного согласия в этом важном вопросе также не подлежит сомнению.
Итак, Япония признает государственную необходимость для России аннексировать в момент, какой она найдет для себя удобным, северную Монголию, Джунгарию, Восточный Туркестан и Цайдам и содействует своим влиянием установлению нужной России окончательной новой русско-китайской границы.
С своей стороны, Россия признает государственную необходимость для Японии аннексировать в момент, какой она найдет для себя удобным, западную часть бассейна Ляохэ, до горного хребта Большого Хингана и реки Луан-хэ, и содействует своим влиянием установлению окончательной новой китайско-японской границы по течению Луан-хэ.
Россия и Япония признают также необходимость независимости Тибета под властью его духовного государя Талэ-Ламы.
Такого рода соглашением были бы скоро и хорошо обеспечены наши непосредственные интересы; однако оно было бы все же весьма неполным. Действительно, оно совершенно не устанавливало бы характера дальнейшей политики обеих держав в отношении Китая и направления будущей завоевательной политики Японии. Между тем оба эти вопроса не могут не интересовать ближайшим образом Россию и соглашение по ним необходимо для полного обеспечения безопасности русского Дальнего Востока и Сибири, а также и в интересах общей политики Империи. Оно, думается нам, ценно и желательно и для Японии.
Вопрос о Китае действительно является для нас предметом серьезных забот и тревог. Такие же чувства должен вызывать он и в серьезных политических деятелях Японии. Если до сих пор многие известные факты как будто заставляли делать иное заключение, если до сих пор японцы, по-видимому, добросовестно трудились над тем, чтобы вложить меч в руки китайского народа, это объясняется, на наш взгляд, преимущественно ожиданием продолжения русско-японской борьбы после Портсмутского перемирия, опасением новых грядущих столкновений, к которым Россия могла бы несравненно лучше приготовиться, нежели к столь удачной для японцев первой войне. Отсюда вполне понятны были старания выдвинуть против России новых противников и тем усилить свое положение во время будущей войны. Довольно понятно было и то, что в этих видах японцы стараются поставить на ноги самую могущественную потенциально державу монгольской расы, имеющую так много старых и новых счетов с той же Россией. В день, когда в Токио узнают, что русско-японская вражда окончательным образом улажена и что Россия отказывается от мысли о реванше не потому, чтобы считала его для себя невозможным, а потому, что считает нынешние японские владения совершенно для себя излишними и ненужными, -- в этот день наступит резкое изменение и в отношениях японцев к Китаю. Перестав, за ненадобностью, быть ценным подспорьем в ожидаемой решительной борьбе Японии с Россией, сильный Китай оказывается не только ненужным, но даже прямо-таки вредным для японцев. Прежде всего он неизбежно станет соперничать с Японией в усовершенствовании и развитии своих морских сил и в стремлении к морской гегемонии в тихоокеанских водах. Затем он, без сомнения, станет стремиться к возвращению того, что японцы отобрали у него на материке и на островах, а также станет выказывать особый интерес к овладению теми областями, на которые, в видах территориального расширения, должно быть обращено особенное внимание самих японцев. Прибавим, что этот постоянный естественный соперник и недруг Японии будет ей серьезнейшей угрозою с тыла в случае какой-либо войны в бассейне Тихого океана и его вражда, даже просто ненадежность его нейтралитета будут лишать Японию массы преимуществ, какая дает ей счастливое географическое положение. Соперничество Китая может погубить всю будущность территориального расширения Японии и помешать ей укрепить и особенно расширить основы и источники своего великодержавного положения и могущества. При таких условиях совершенно ясно, что чрезмерное усиление Китая для Японии в высокой степени невыгодно, не давая взамен никаких преимуществ, так как единственное направление, в котором для японцев могла бы быть действительно возможна и полезна помощь Китая, это -- против России. Раз это направление с заключением окончательного русско-японского союзного соглашения исключается, сильный Китай становится для японцев, по меньшей мере, столь же нежелательным, как и для нас.
Таким образом, японцы имеют полное основание зорко следить за Китаем в военно-политическом отношении, не давая ему особенно усиливаться. Стремясь к тому же, мы можем, однако, предоставить главную роль в этом важном деле, с ее трудностями и преимуществами, японцам, равно как можем охотно согласиться на их экономическое преобладание на рынках Китая, причем лишь должны выговорить и для своей торговли и промышленности некоторую долю участия в выгодах китайского рынка.
Итак, Россия признает преобладающее влияние и особые интересы Японии в застенном Китае, с сохранением, однако, государственной независимости этой страны или образовавшихся от ее распадения новых государств. В случае необходимости, Япония может аннексировать остров Хай-нань и несколько отдельных пунктов на китайских берегах, более же значительных территориальных приобретений в этой стране обязуется не делать.