Бояре введенные, как чиновные люди, упоминаются впервые памятниками XIV - XV вв. в качестве судей, заменявших личный суд князя по делам лиц, пользующихся привилегированною подсудностью. В льготных грамотах, освобождающих от подсудности местным властям, обычно указывалось, что пожалованного (землевладельца, игумена и пр.), в случае предъявления на него исков, "сужу язъ князь вел. или мой бояринъ введенный". Проф. В.И. Сергеевич полагает, что должность бояр введенных и создалась в помощь князю или для замены его по всем делам, лично ему подсудным. Естественно, что помощниками князя являлись лучшие люди земли, бояре, которые вводились во двор князя и в особое к нему доверие, почему и назывались введенными (Сергеевич В.И. Древности... Т. I. С. 432 - 435). Проф. В.О. Ключевский иначе понимает эту должность. По его мнению, бояре введенные были управителями отдельных ведомств дворцовой администрации или дворцового хозяйства, и судебная их компетенция была лишь одною из функций их придворной службы. Этими постоянными обязанностями по делам дворцового управления и надо объяснить изъятие, какое установлено междукняжескими договорами в пользу бояр введенных относительно "городной осады": они были освобождены от обязательства отбывать городную осаду по местонахождению их вотчин, так как их нельзя было отрывать от текущих дел управления (Ключевский В.О. Боярская дума... С. 121 - 125).

От половины XV в. до конца XVII в. сохранились списки всех бояр, введенных, сказанных в этот чин. Но в этих списках (боярских книгах) и в других официальных документах их называли просто боярами, так как термин "введенные" выходит из употребления. Этих чиновных бояр необходимо строго отличать от бояр в бытовом значении, каковыми являлись все землевладельцы и рабовладельцы, к какому бы чину они ни принадлежали. В XVI и XVII вв. чин боярина вовсе не связан с какою-либо определенною должностью, кроме лишь того, что давал право на участие в думе; это первый думный чин и вместе с тем высший чин в государстве. Помимо этого бояре выполняли самые различные поручения в области военной, придворной и гражданской службы, выступая в роли полковых воевод, послов, начальников центральных учреждений и, наконец, областных правителей (наместников и воевод). Число их постепенно возрастает, а потому не все они пользовались одинаковым доверием государя. Некоторые из них пользовались доступом в "комнату", т.е. имели разрешение входить в государев кабинет, почему и назывались "комнатными боярами". Но это фактическое отличие более доверенных бояр со временем обратилось в особый чин или титул, которым жаловали вне зависимости от степени доверия государя к пожалованному. Возведение в чин боярина было делом пожалования или милости со стороны государя. Но в этом акте милости усмотрение государя было ограничено сложившимися среди служилых фамилий понятиями о родовой чести. Некоторые фамилии считали своим правом получить чин боярина, минуя низшие думные чины; другие же дослуживались до боярства не иначе, как пробыв ряд лет в чине окольничего.

Окольничие, упоминаемые уже с XIII в., несли сначала специальные обязанности во время княжеских выходов и путешествий: наблюдали за исправностью дорог и мостов, устраивали станы, нанимали дворы для остановок и пр. В XVII веке эти обязанности окольничих исполняли и другие лица: "передъ государемъ шли въ окольничихъ место дворяне". На официальном языке должность квартирмейстеров в войсках иноземного строя объяснена так: "по-русски большие полковые окольничие" (АМ Г. Т. I. N 374; РК. СПб., 1855. Т. П. С. 387). В XVI и XVII вв. эта должность продолжала сохранять свое значение, но окольничие сделались прежде всего чиновными людьми, исполняющими самые разнообразные обязанности, как и бояре, но всегда ниже бояр. Прежде всего они - второй думный чин. Затем они являлись в роли военачальников, дипломатов, приказных и областных судей и правителей. По Судебникам на окольничих лежала и специальная обязанность наблюдения за "полем", т.е. судебным поединком. 208

Пожалование этим чином для иных фамилий было крайнею ступенью служебной лестницы, а для других являлось унижением их родословной чести. В 1651 г. пожалованный в окольничие Петр Петрович Головин отказался от этой чести ввиду того, "что въ окольничихъ въ его пору нетъ, а отецъ де его былъ въ боярехъ". За такое пренебрежение царскою милостью Головин был наказан тем, что его записали по московскому списку, а сверх того пригрозили, что ни в какой чести ему у государя не бывать. Но большинство московских дворян до окольничества никогда не дослуживалось.

Третьим думным чином были думные дворяне. Вопреки мнению, по которому этот чин создан Иваном Грозным для проведения в думу неродословных людей с целью противодействия боярам, теперь документально установлено, что уже Василий III приглашал в думу лиц, которые не имели звания боярина и окольничего. При нем известны "дети боярскiе, которые въ думъ живутъ". Таков упомянутый в 1517 г. "сынъ боярской Иванъ Юрьевъ сынъ Поджогинъ, который у государя въ думе живеть". И позднее, в 1536 и 1542 гг., упоминаются "дети боярскiе, которые живутъ въ думе", в отличие от других детей боярских, "которые въ думе не живутъ" (Сб. РИО. СПб., 1887. Т. LIII. С. 40; СПб., 1887. Т. L1X. С. 43, 65, 147, 301). Но вследствие той перемены, какая произошла в соотношении между терминами "дети боярские" и "дворяне", во второй половине XVI в., например в 1564 и 1570 гг., уже упоминаются "дворяне, которые живутъ у государя зъ бояры", или "дворяне, которые въ думе у государя з бояры". Но в том же 1570 г. встречается много описательных выражений, более простой термин - "думные дворяне" (Лихачев Н.П. Думное дворянство в боярской думе XVI ст. // Сб. АИ. 1896. Кн. VI. С. 10, 12, 8 - 9). К тому же следует иметь в виду, что среди фамилий, носивших звание думного дворянина в XVI в., известны именитые фамилии князей Телятевских и Буйносовых, а также Воронцовых и Зюзиных. Но большинство думных дворян не могло похвалиться своим родословием. В числе их упоминаются и печальной памяти царские любимцы Василий Грязной и Малюта Скуратов. Роль государственных советников не единственная и не первая обязанность думных дворян. Они несут и другие обязанности по военной, придворной и приказной службе.

Должности дворецкого, конюшего, казначеев ведут свое начало из глубокой древности. Но в древности эти должности поручались холопам, а в Москве это виднейшие придворные лица. Дворецкий ведет свое начало от "дворьскаго тiуна", позднее просто "дворьскаго". Он заведовал княжескими дворами и принадлежащими к ним имениями. Но слово "двор" у нас, как и на западе в начале средних веков palatium, aula palatina, domus regia (Fustel de Coulanges N.D. La Monarchie franque. Paris, 1888. P. 136 - 137), имело значение и всей совокупности придворного штата, который также состоял в ведении дворового. Отсюда и "слуги подъ дворьскимъ". У каждого владетельного князя был, конечно, свой дворьский, как и у каждого землевладельца. С постепенным присоединением к Москве отдельных княжеских территорий присоединялись и княжеские дворы или дворцы с дворьскими или дворецкими. Среди этих многих дворцов и дворецких московский дворец и московский дворецкий получил наименование "большого". Значение московского дворецкого сильно выросло, а потому должность эта поручалась нередко окольничим и даже боярам. Дворецкий обыкновенно думный человек. Он же начальник Приказа Большого Дворца с обширной компетенцией. Но в XVII в. и значение дворецкого обратилось в простой придворный титул: при Алексее Михайловиче оказалось уже несколько бояр-дворецких.

Конюший в Москве ведет свое начало от конюшего тиуна. Но в Москве это первейший придворный чин: с Ивана III и до смерти Бориса Годунова должность конюшего поручалась боярам, причем боярин-конюший был "честiю первый". Столь важное значение должности конюшего и конюшего ведомства надо объяснить тесною связью его с организацией конных дворовых войск. Конюший не только первый думный человек, но и начальник Конюшего Приказа: в его ведомстве были обширные табуны лошадей, огромный штат различных придворных конюхов, с ясельничим во главе, и обширные имения, отведенные на содержание конских табунов. В лице Бориса Годунова боярин-конюший занял царский престол по прекращении династии Рюриковичей. Этим надо объяснить, что после падения Годунова должность конюшего более не замещалась, и во главе конюшего ведомства оказался ясельничий, один из невидных чинов придворного штата.

Казначеи также произошли от тиунов или ключников, которым вверялось хранение княжеской казны. Еще по духовным вел. князей Семена и Ивана Ивановичей, Дмитрия Донского и сына его Василия и даже Ивана III казначеи отпускались на свободу, значит, были холопами. Но в XVI в. один или двое казначеев - важные придворные чины. Помимо своей прямой обязанности - хранения государевой "казны", они важные приказные люди, так как им подведомственны судом города; в их же ведении находились и холопьи дела. В XVII в. Казенным Двором ведал только один казначей. Котошихин говорит, что "казначей думной же человекъ, и сидитъ въ думъ выше думныхъ дворянъ". Но в это время значение казначея, по-видимому, упало: компетенция его значительно сузилась.

Кроме этих должностей, существовал и ряд других, возведение в которые продвигало означенных лиц, одних обычно, других сравнительно редко, в состав думных чинов. Таков, например, оружничий, на обязанности которого лежало хранение и заготовление оружия. Эта должность поручалась обыкновенно боярам или окольничим. Таков же крайчий - должность, возникшая при Иване III. Крайчий стоял за стулом государя во время торжественных обедов и прислуживал государю. В крайчие возводились молодые люди знатных фамилий и иногда уже в качестве крайчих сидели в думе и затем продвигались до боярства. Из 26 крайчих 17 достигли чина боярина. А при Федоре Алексеевиче пожалован в кралчие кн. Иван Куракин, которому государь указал "сидети въ полатъ съ бояры въ думе и имя его поставить выше околничихъ". Наоборот, постельничий, ведущий начало от древнего подкладника, хотя и занимал очень близкое при дворе и к государю положение, так как заведовал его бельем и платьем, гораздо реже являлся думным человеком. В его ведомстве состояла Мастерская Палата, на обязанности которой лежало изготовление и хранение государева гардероба и заведование судом и повинностями целых слобод, изготовлявших на государев обиход холсты и полотна. Кроме того, под начальством постельничего состоял значительный штат спальников, которые помогали государю одеваться и раздеваться, разували и обували его. Они вербовались из подростков более или менее близких ко двору родословных фамилий.

Из придворных чинов недумных, кроме спальников, следует отметить стольников и стряпчих. Стольники упоминаются уже с XIII в. Как показывает самое название, это были застольные слуги за княжеским столом. Отсюда и другое наименование их - чашники. Один из чашников рязанского князя в XIV в. был думным человеком. Но в Москве стольники - недумные люди. Их исконная обязанность - прислуживать за столом государя, особенно во время торжественных обедов. Они "въ столы сказываютъ", т.е. передают указанным лицам приглашения к обеду; "въ столы смотрять", т.е. наблюдают за порядком; "есть и пить отпускають", "передъ государя и гостей пить носятъ и есть ставятъ". Кушанья для государя от стольников принимал крайчий и ставил перед государем, а стольники разносили блюда для приглашенных. Из других придворных обязанностей стольников памятники упоминают о пожаловании стольников "приносом", в силу чего на пожалованных возлагалась обязанность доставлять государю в покои какие-либо вещи, например блюдо с яйцами во время христосованья. Стольники же выполняли обязанности "возниц", т.е. кучеров, во время государевых путешествий; "стояли у крюка", т.е. дежурили у государевой комнаты и не впускали туда никого без доклада. Такие доверенные стольники назывались ближними или комнатными. Но придворная служба стольников отнюдь не главная их деятельность. Они несли по преимуществу военную, а также приказную службу, хотя не в первых ролях, а по большей части товарищами более старших. Чин стольника жаловался обыкновенно молодым людям родовитых фамилий.