-- Если появится пророк, вы здесь первые побьете его камнями.
На это профессор, сдержанно улыбнувшись, умным, розовым лицом ответил:
-- Это не случится потому, что даже пророк охраняется нашими законами...
-- Удивительно! -- восхитился приват-доцент. -- Вы положительно устанавливаете совершенно новую точку зрения, -- и встал.
-- Это стоит двадцать крон, -- спокойно заметил знаменитый юрист.
Слязкин крякнул и заплатил; час спустя он сидел в кабинете профессора по внутренним болезням. Знаменитый врач выстукивал худое, изможденное тельце Михаила Иосифовича; тот дрожал, несмотря на жару, и говорил:
-- Извините меня великодушно, но ваш знаменитый юрист, профессор К., попросту дурак. Извините меня! Он хочет пророка оградить своими законами.
Врач отвечал:
-- Вдохните... Глубже... Так... Еще раз...
Через неделю приват-доцент Слязкин официально считался женихом; невеста была очень юркая и очень опытная девица с красивыми воровскими глазами. Моложавая мать казалась ее старшей сестрой; у нее тоже были воровские глаза, и при разговоре с посторонними она опускала их, глядя на пол.