Брат молча наклонил голову на бок, в знак сомнения, вывернув руку ладонью вверх.
-- Где теперь это письмо? -- спросил я.
-- У нее.
-- Я бы хотел, чтобы оно не существовало.
Он повторил тот же жест.
Марш еще длился, горели черные звуки, зарево от них по всему небу -- оттого слышно.
-- Что же в этом письме было? Ничего такого в нем не было, -- сказал я: -- я никого не хотел обидеть! Нет, я просто писал.
-- Ты думаешь быть художником? -- спросил Юрий.
-- Не знаю. Я рисую. А ты?
-- Я хочу уехать.