-- Еще раз простите, Роза, -- сказал он. -- Я не должен был говорить вам того, что я сказал. Я же просил у вас прощения за эти роковые слова. Я прошу вас еще раз. Неужели вы никогда меня не простите?
-- На другое утро этого дня, -- продолжала Роза, -- вспомнив, что вы мне говорили об уловке, к которой я должна прибегнуть, чтобы проверить, за кем, за мной или за тюльпаном, следил этот гнусный человек...
-- Да, гнусный... Не правда ли, Роза, вы ненавидите этого человека?
-- О, я его ненавижу, -- сказала Роза, -- потому что из-за него я страдала в течение восьми дней.
-- А! Так вы тоже, тоже страдали! Спасибо за эти добрые слова, Роза.
-- Итак, на следующее утро после этого злосчастного дня, -- продолжала Роза, -- я спустилась в сад и направилась к гряде, на которой я должна была посадить тюльпан. Я оглянулась, чтобы посмотреть, не следуют ли за мной, как и в первый раз.
-- И что же? -- спросил Корнелиус.
-- И что же, та же самая тень проскользнула между калиткой и оградой и опять скрылась за бузиной.
-- И вы притворились, что не заметили его, не так ли? -- спросил Корнелиус, вспоминая во всех подробностях совет, который он дал Розе.
-- Да, и я склонилась над грядой и стала копать ее лопатой, как будто я сажаю луковичку.