-- Не боится ли онъ меня такъ же, какъ я боюсь его? подумалъ Арно.-- Можетъ-быть, мы оба стараемся скрыться одинъ отъ другаго. Но надобно же на что-нибудь рѣшиться, потому-что этотъ проклятый кустарникъ мѣшаетъ мнѣ выбраться въ лѣсу на другую дорогу. Не благоразумнѣе ли будетъ вернуться назадъ? Или лучше пустить лошадь во весь галопъ и пролетѣть, какъ молнія, мимо этого человѣка? Дѣло было бы гораздо-короче. Онъ стоитъ на ногахъ, и если выстрѣлъ изъ ружья... Но что за пустяки! Я не дамъ ему времени.
Вздумано, сдѣлано. Арно пролетѣлъ, какъ стрѣла, мимо человѣка, лежавшаго въ засадѣ. Онъ не трогался. Это придало смѣлости Арно; онъ удержалъ лошадь и даже сдѣлалъ нѣсколько шаговъ назадъ, озаренный молніей внезапной мысли.
Незнакомецъ не дѣлалъ ни малѣйшаго движенія.
Это возвратило всю бодрость Арно и, почти увѣренный въ своемъ успѣхѣ, онъ подъѣхалъ прямо ко рву.
Но въ эту минуту, человѣкъ однимъ прыжкомъ очутился на краю рва, вырвалъ изъ стремени правую ногу Арно, поднялъ ее съ невѣроятною силою, сбросилъ всадника съ лошади, упалъ вмѣстѣ съ нимъ на землю, схватилъ его рукою за горло и колѣномъ уперся ему въ грудь.
Все это не продолжалось двадцати секундъ.
-- Кто ты? чего тебѣ надо отъ меня? спросилъ побѣдитель у своего поверженнаго врага.
-- Оставь меня, умоляю! сказалъ Арно задыхающимся голосомъ.-- Я Французъ, по у меня есть паспортъ отъ лорда Уэнтворта, губернатора Кале.
-- Если ты Французъ, сказалъ незнакомецъ -- и, въ-самомъ-дѣлѣ, у тебя выговоръ не такой, какъ у всѣхъ этихъ проклятыхъ иностранцевъ -- мнѣ не надо твоего паспорта, Но зачѣмъ ты приближался ко мнѣ съ такимъ любопытствомъ?
-- Мнѣ показалось, будто во рву шевелится человѣкъ, продолжалъ Арно, чувствуя меньшее давленіе:-- и я приблизился, желая узнать, не раненный ли это и нельзя ли подать ему помощь.