Только этого и желали Габріэль и Пекуа въ настоящую минуту. Отсутствіе лорда Уэнтворта начинало ихъ безпокоить. Они оставили брешь, гдѣ еще раздавался послѣдній громъ орудій, и, увлекаемые какимъ-то таинственнымъ предчувствіемъ, отправились съ двумя или тремя солдатами по дорогѣ, которая вела къ дому губернатора.
Всѣ двери были растворены, и они безъ всякаго труда могли дойдти до комнаты г-жи де-Кастро, куда велъ ихъ Габріэль. Они пришли, и шпага любовника Діаны во время поднялась надъ дочерью Генриха II-го, чтобъ спасти ее отъ другаго болѣе-низкаго посягательства.
Битва между Габріэлемъ и губернаторомъ продолжалась довольно-долго. Оба противника, казалось, были равно опытны въ искусствѣ владѣть шпагою; оба дрались съ одинаковымъ хладнокровіемъ, хотя и пылали гнѣвомъ; шпаги обвивались одна вокругъ другой, какъ двѣ змѣи, и скрещались, какъ двѣ молніи.
Но спустя двѣ минуты, шпага выпала изъ рукъ лорда Уэнтворта отъ сильнаго удара, нанесеннаго ей виконтомъ д'Эксме.
Лордъ Уэнтвортъ, желая спастись отъ удара, поскользнулся и упалъ.
Гнѣвъ, презрѣніе, месть, всѣ ужасныя чувства, волновавшія сердце Габріэля, не уступили великодушію. Онъ не хотѣлъ щадить подобнаго врага, бросился на него и приставилъ къ его груди шпагу. Ни одинъ изъ свидѣтелей этой сцены, въ душѣ которыхъ еще такъ свѣжо было негодованіе, не остановилъ мстительной руки.
Въ-продолженіе этого поединка, Діана успѣла опомниться отъ обморока. Она открыла отяжелѣвшіе глаза, она увидѣла, поняла все, и бросилась между Габріэлемъ и лордомъ Уэнтвортомъ.
По какому-то странному сходству, послѣднее слово, произнесенное Діаною, когда она падала въ обморокъ, было первымъ, которое она произнесла, когда пришла въ чувство:
-- Сжальтесь!
Она молила теперь за того, котораго напрасно умоляла.