-- Умно, умно! съ насмѣшкою замѣтилъ Мартэнъ-Герръ.-- А ты, лѣнивица, приготовила ли ты что-нибудь? а? Накрытъ ли столъ въ виноградникѣ?
-- Да, Мартэнъ, какъ ты приказывалъ.
-- А пригласила ты судью? спросилъ нѣжный супругъ.
-- Какъ же, Мартэнъ, отвѣчала Бертранда:-- онъ обѣщалъ быть къ обѣду, если только возможно.
-- Если возможно! вскричалъ взбѣшенный Мартэнъ.-- Какая тутъ еще возможность: онъ долженъ обѣдать -- вотъ и все! Ты приглашала его вскользь! Ты знаешь, что судья -- человѣкъ нужный для меня, но дѣлаешь мнѣ на зло! Только присутствіе судьи и заставило меня покориться пустому обычаю и праздновать эту глупую свадьбу.
-- Глупую свадьбу! прервала Бертранда со слезами на глазахъ.-- Ахъ, Мартэнъ, ты теперь человѣкъ образованный, ты много видѣлъ, много путешествовалъ, ты можешь презирать старинными предразсудками страны... однакожь, эта годовщина свадьбы напоминаетъ мнѣ то время, когда ты былъ добрѣе къ своей бѣдной женѣ.
-- Да, отвѣчалъ Мартэнъ, злобно захохотавъ: -- то время, когда жена моя была своенравнѣе, когда она забывала себя до такой степени, что...
-- О, Мартэнъ, Мартэнъ! вскричала Бертранда: -- не вызывай воспоминаній, которыя заставляютъ меня теперь краснѣть и въ которыхъ теперь я едва могу отдать себѣ отчетъ.
-- Но я, когда вспомню, что я былъ такой дуракъ и могъ переносить!.. Ха, ха, ха! Но полно объ этомъ: теперь мой характеръ измѣнился, да и твой также, и я съ удовольствіемъ отдаю тебѣ справедливость. Ты говоришь, Бертранда, что давно не видала меня: да, твои поступки принудили меня бѣгать по свѣту, искать опытности, и, прибывъ сюда въ прошломъ году, я могъ возстановить вещи въ ихъ естественномъ порядкѣ; для этого стоило мнѣ только привести съ собою другаго Мартэна, подъ названіемъ Мартэнъ-Батона. Отъ-того ныньче все идетъ прекрасно, и мы составляемъ, право, удивительную чету.
-- Правда, благодаря Бога, сказала Бертранда.