-- Очень-вѣроятно, мой добрый Мартэнъ, что я крайне виновата передъ вами, но призываю въ свидѣтели Пресвятую Дѣву и Младенца Іисуса -- я сдѣлала ошибку невольно. Я виновата въ томъ, что не открыла обмана Арно дю-Тилля, но могла ли я думать, что въ мірѣ можетъ существовать такое сходство и что природа создала два существа, такъ похожія одно на другое? Они совершенно одинаковы лицомъ и ростомъ, но только не характеромъ и не сердцемъ, и признаюсь, что различіе должно было открыть мнѣ глаза. Арно дю-Тилль говорилъ со мною о прошломъ, какъ говорили бы вы сами. У него было ваше кольцо, были ваши бумаги. Ни одинъ другъ, ни одинъ родственникъ не подозрѣвалъ обмана. Я вдалась въ него съ полною увѣренностью. Я приписывала перемѣну вашего характера продолжительному странствованію по свѣту. Подумайте, другъ мой, что все-таки я любила васъ въ этомъ незнакомцѣ, вамъ покорялась я съ такою готовностью. Подумайте объ этомъ, другъ мой, и вы простите мнѣ первое заблужденіе, которое, безъ всякаго участія съ моей стороны, вовлекло меня въ грѣхъ, и въ которомъ всю свою жизнь я буду просить прощенія у неба и у васъ.
Бертранда Ролль снова замолчала, желая видѣть, что скажетъ Мартэнъ-Герръ на ея слова и сжалится ли онъ хоть не много. Но онъ упорно молчалъ, и бѣдная Бертранда съ разрывающимся сердцемъ продолжала:
-- Если, Мартэнъ, вы не можете обвинять меня въ этой невольной ошибкѣ, то другая ошибка моя, къ-несчастію, вполнѣ заслуживаетъ вашихъ упрековъ и гнѣва. Когда васъ не было здѣсь, я могла принять другаго за васъ; ко когда вы явились и когда я могла сдѣлать сравненія, мнѣ слѣдовало узнать васъ съ перваго раза. Подумайте, однакожь, не заслуживаетъ ли мое поведеніе какого-нибудь оправданія и съ этой стороны? Во-первыхъ, какъ вы сами сказали, Арно дю-Тилль присвоивалъ себѣ и имя и званіе, принадлежащія вамъ, и отнялъ у меня всякую возможность допустить предположеніе, составляющее теперь мою вину. Во-вторыхъ, меня не допускали ни видѣть васъ, ни говорить съ вами. Когда же меня привели къ вамъ, вы были не въ обыкновенномъ своемъ платьѣ, но въ длинномъ плащѣ, закрывавшемъ отъ меня вашъ ростъ и талію. Притомъ, я сама содержалась въ тюрьмѣ, какъ Арно дю-Тилль и какъ вы, и видѣла васъ обоихъ только передъ судомъ, каждаго порознь и не вблизи. Передъ такимъ сходствомъ, скажите, какими средствами узнать истину? Я почти невольно приняла сторону того, котораго называла вчера своимъ мужемъ. Клянусь вамъ, я сдѣлала это невольно. Сегодня судьи увѣряли меня, что я ошиблась, и что у нихъ есть на это доказательства. Въ ту же минуту, я съ раскаяніемъ побѣжала къ вамъ, полагаясь единственно на вашу доброту и вашу прежнюю любовь. Не ошиблась ли я, разсчитывая на ваше великодушіе?
Послѣ этого почти прямаго вопроса, Бертранда снова замолчала. Но ложный Мартэнъ попрежнему не отвѣчалъ.
Очевидно, Бертранда, отказываясь такимъ образомъ отъ Арно дю-Тилля, вздумала смягчить его очень-страннымъ средствомъ; но Бертранда была женщина простодушная и довѣрчиво шла по дорогѣ, казавшейся ей самою вѣрною къ сердцу того, кого она умоляла.
-- Вы также замѣтили, продолжала Бертранда: -- что и мой нравъ измѣнился. Теперь я больше не злая и не своенравная женщина, отъ которой вы столько страдали. Дурное обращеніе со мною Арно дю-Тилля имѣло по-крайней-мѣрѣ хорошія послѣдствія, и на будущее время вы увидите меня такъ же послушною и кроткою, какъ прежде вы были нѣжны и добры ко мнѣ... потому-что вѣдь вы будете обращаться со мною такъ же кротко, какъ и прежде, не правда ли? И вы сейчасъ докажете мнѣ это, простивъ меня, и я узнаю ваше сердце, какъ я узнала ваши черты.
-- Итакъ, ты узнаёшь меня? сказалъ наконецъ Арно дю-Тилль.
-- О, да! отвѣчала Бертранда: -- и только я упрекаю себя въ томъ, что слушала для этого приговоръ и мнѣнія судей.
-- Ты узнаешь меня? продолжалъ настойчивый Арно:-- ты узнаешь во мнѣ не того интригана, который еще на прошлой недѣлѣ дерзко называлъ себя твоимъ мужемъ, но узнаешь во мнѣ истиннаго и законнаго Мартэна-Герра, котораго не видѣла столько лѣтъ? Посмотри на меня. Точно ли ты признаешь меня за твоего перваго, единственнаго мужа?
-- Безъ сомнѣнія, сказала Бертранда.