-- Ну же!.. говорите, господинъ Линьеръ, говорите скорѣе! сказалъ начальникъ полиціи.
-- Но, началъ Линьеръ:-- господину инквизитору, можетъ-быть, не совсѣмъ извѣстно, что происходило на предпослѣднемъ совѣщаніи протестантовъ въ Ферте.
-- Въ-самомъ-дѣлѣ, мнѣ это не совсѣмъ хорошо извѣстно, сказалъ Демошаресъ.
-- Итакъ, если мнѣ будетъ позволено, прибавилъ Линьеръ: -- я въ нѣсколькихъ словахъ начну разсказъ съ тѣхъ поръ, и потомъ уже перейду къ отчету о важныхъ событіяхъ послѣдняго времени; такъ будетъ яснѣе и понятнѣе.
Тутъ Браглонь сдѣлалъ знакъ Линьеру подождать. Эта маленькая отсрочка, правда, не согласовалась съ нетерпѣніемъ начальника полиціи, но за то льстила его гордости, выказывая передъ великимъ инквизиторомъ высокія способности и даже рѣдкое краснорѣчіе въ его агентахъ. Демошаресъ, съ своей стороны, также былъ удивленъ и очарованъ, какъ искусный знатокъ, вдругъ встрѣчающій инструментъ совершеннѣе тѣхъ, какіе онъ употреблялъ до-тѣхъ-поръ.
Линьеръ, подстрекнутый такою высокою милостію, хотѣлъ показаться достойнымъ ея и былъ, въ-самомъ-дѣлѣ, превосходенъ.
-- Первое сборище въ Ферте точно не было важно, сказалъ онъ.-- Говорились и дѣлались вещи довольно-пустыя, и я сколько ни предлагалъ учредить во Франціи конституцію швейцарскихъ кантоновъ, эхомъ мнѣ были одни лишь ругательства. Остановились предварительно на томъ, чтобъ подать королю просьбу о прекращеніи гоненій противъ протестантовъ, объ отставленіи Гизовъ, о министерствѣ изъ принцевъ крови и о немедленномъ созваніи генеральныхъ штатовъ. Простая просьба, какой тутъ результатъ! Однакожь, всѣхъ переписали и организовали. Это ужь поважнѣе. Потомъ, дѣло шло о выборѣ начальниковъ. Относительно второстепенныхъ начальниковъ округовъ еще не встрѣчалось никакихъ затрудненій. За то выборъ главнаго начальника, главы заговора, задалъ имъ работы. Адмиралъ Колиньи и принцъ Конде, каждый черезъ своихъ представителей, отказались отъ опасной чести, которую вздумали-было имъ сдѣлать. Лучше бы, было сказано отъ ихъ имени, избрать въ это званіе гугенота изъ нѣсколько нисшей среды. Славный предлогъ для глупцовъ! Они и успокоились, и послѣ долгихъ споровъ выбрали, наконецъ, Годфруа де-Барри, сеньёра де-ла-Реноди!
-- Ла-Реноди! повторилъ Демошаресъ.-- Да, это, въ-самомъ-дѣлѣ, одинъ изъ самыхъ жаркихъ коноводовъ у этихъ безбожниковъ. Я его знаю какъ человѣка энергическаго и убѣжденнаго.
-- Вы его скоро узнаете какъ Катилину! сказалъ Линьеръ.
-- О, о! возразилъ начальникъ полиціи;-- мнѣ кажется, вы ужь о немъ слишкомъ высокаго мнѣнія.