Габріэль исполнилъ приказаніе герцога, не смотря на ропотъ дворянъ, собравшихся въ большой залѣ.
Канцлеръ одинъ только остался въ спальнѣ короля.
-- Господинъ канцлеръ, сказалъ ему Гизъ: -- операція, о которой вамъ говорятъ, необходима, и королева и я, генерал-намѣстникъ королевства, отвѣчаемъ если не за операцію, то по-крайней-мѣрѣ за хирурга.
-- И я принимаю, въ настоящую минуту, всякую отвѣтственность, которую захотятъ наложить на меня, вскричалъ Амброазъ Паре:-- да, я готовъ отвѣчать своею жизнію, если мнѣ не удастся спасти жизнь короля. Но уже пора!.. давно пора... Взгляните на короля...
Въ-самомъ-дѣлѣ, Францискъ II, блѣдный, неподвижный, съ угасшими глазами, казалось, ничего больше не видѣлъ, ничего не слышалъ, не существовалъ. Онъ не отвѣчалъ ни на ласки, ни на слова Маріи.
-- О, скорѣе, сказала она Амброазу:-- именемъ Бога умоляю васъ, постарайтесь спасти жизнь короля. Я буду защищать вашу собственную жизнь.
-- Я не имѣю права ни въ чемъ препятствовать, равнодушно сказалъ канцлеръ:-- но мой долгъ исполнить требованіе королевы-матери.
-- Господинъ Лопиталь, вы больше не канцлеръ, холодно отвѣчалъ герцогъ Гизъ.-- Начните, Амброазъ, сказалъ онъ хирургу.
-- Послѣ этого мы уходимъ, сказалъ Шапленъ отъ имени врачей.
-- Прекрасно, отвѣчалъ Амброазъ:-- мнѣ нужно спокойствіе. Не угодно ли вамъ, господа, удалиться: будучи одинъ во имя искусства, я буду одинъ и отвѣчать.