-- Господин де Шато-Рено! Господин Максимилиан Моррель! -- доложил камердинер.
-- Значит, все налицо! -- сказал Бошан. -- И мы сядем завтракать; ведь, если я не ошибаюсь, вы ждали еще только двоих, Альбер?
-- Моррель! -- прошептал удивленно Альбер. -- Кто это -- Моррель?
Но не успел он договорить, как г-н де Шато-Рено, красивый молодой человек лет тридцати, аристократ с головы до ног, то есть с наружностью Гиша и умом Мортемара, взял его за руку.
-- Разрешите мне, Альбер, -- сказал он, -- представить вам капитана спаги Максимилиана Морреля, моего друга и спасителя. Впрочем, такого человека нет надобности рекомендовать. Приветствуйте моего героя, виконт.
Он посторонился и дал место высокому и представительному молодому человеку, с широким лбом, проницательным взглядом и черными усами, которого наши читатели видели в Марселе при достаточно драматических обстоятельствах, чтобы его, быть может, не забыть. Прекрасно сидевший живописный мундир, полуфранцузский, полувосточный, обрисовывал его широкую грудь, украшенную крестом Почетного легиона, и его стройную талию. Молодой офицер поклонился с изящной учтивостью. Он был грациозен во всех своих движениях, потому что был силен.
-- Господин Моррель, -- радушно сказал Альбер, -- барон Шато-Рено заранее знал, что доставит мне особенное удовольствие, познакомив меня с вами; вы его друг -- надеюсь, вы станете и нашим другом.
-- Отлично, -- сказал Шато-Рено, -- и пожелайте, дорогой виконт, чтобы в случае нужды он сделал для вас то же, что для меня.
-- А что он сделал? -- спросил Альбер.
-- Барон преувеличивает, -- сказал Моррель, -- право, не стоит об этом говорить!