Крильйонъ сжалъ кулаки и нахмурилъ брови.
-- И вы знаете убійцу? спросилъ король съ невольнымъ состраданіемъ.
-- Знаю, отвѣчалъ Сен-Люкъ.
И, обратившись къ герцогу, онъ произнесъ со всею ненавистью, которую давно уже питалъ къ нему:
-- Убійца Бюсси -- его высочество! убійца его -- принцъ, другъ и покровитель Бюсси!
Король ожидалъ этихъ словъ.
Герцогъ выслушалъ ихъ не дрогнувъ.
-- Да, отвѣчалъ онъ спокойно: -- да, г. де-Сен-Люкъ не ошибается: я приказалъ убить графа де-Бюсси, и вы, государь, оцѣните мой поступокъ. Правда, Бюсси былъ мнѣ другомъ, но, не смотря на всѣ мои убѣжденія, онъ намѣревался возстать противъ вашего величества съ оружіемъ въ рукахъ.
-- Ты лжешь, убійца! лжешь! вскричалъ Сен-Люкъ внѣ-себя: -- Бюсси, израненный, съ отрубленною рукою, изсѣченный ударами шпагъ, съ прострѣленнымъ плечомъ, не могъ быть никому страшенъ! Даже злѣйшіе враги его сжалились бы надъ нимъ и подали бы ему руку помощи. Но ты, ты, убійца Ла-Моля и Коконна, ты убилъ и Бюсси, какъ истребилъ всѣхъ людей, тебѣ преданныхъ; ты убилъ Бюсси не потому, что онъ былъ врагомъ твоего брата, а потому-что онъ зналъ всѣ замыслы черной души твоей. А! Монсоро хорошо извѣстны были причины, заставлявшія тебя желать смерти Бюсси!
-- Cordieu! проворчалъ Крильйонъ: -- еслибъ я былъ король!