-- Это прекрасно; но приятельница не пойдет с тобой.
-- Как вам угодно, гражданин, -- сказала София Тизон, пожимая руку своей приятельнице, которая, прижавшись к стене, казалось, была поражена удивлением и ужасом.
-- Граждане часовые, -- закричал Морис, приподняв голову и обращаясь к караульным, которые расставлены были на всех этажах, -- пропустите гражданку Тизон; но приятельница ее не может с ней пройти. Она подождет на лестнице. Смотрите, чтобы ее не обидели.
-- Слушаем, гражданин, -- отвечали часовые.
-- Ступайте, -- сказал Морис.
Обе женщины прошли.
Морис спустился по четырем или пяти остальным ступеням и вышел во двор.
-- Что тут такое, -- сказал он национальным гвардейцам, -- и откуда этот шум? Крики ребенка слышны даже в передней арестанток.
-- А то, -- сказал Симон, который привык уже к муниципалам и решил, что Морис пришел к нему на помощь, -- а то, что этот изменник, этот аристократ, этот преждебывший [ Преждебывший, прежний (ci-devant) -- так называли тогда аристократов, в ознаменование того, что аристократия отжила свой век. -- Прим. перев. ] не дает мне бить Капета.
И он указал кулаком на Лорена.