-- О, еще бы! Он прекрасно слышит, -- сказал Симон, -- но, знаете, он, как обезьяна, не хочет отвечать, чтобы его не приняли за человека и не заставили работать.
-- Отвечай, Капет, -- сказал Анрио. -- Тебя спрашивает Комиссия Конвента, и ты должен повиноваться законам.
Ребенок побледнел, но не отвечал.
-- Да будешь ли ты отвечать, волчонок! -- сказал Симон и показал ему кулак.
-- Замолчи, Симон, -- сказал Фукье-Тенвиль, -- тебе никто не предоставлял слова.
-- Слышишь, Симон, тебе не предоставляли слова, -- сказал Лорен. -- Это во второй раз говорят тебе при мне. В первый раз это было, когда ты обвинял дочку Тизон, чтобы ей отрубили голову для твоего удовольствия.
Симон замолчал.
-- Любила ли тебя мать, Капет? -- спросил Фукье.
Прежнее молчание.
-- Говорят, будто нет? -- продолжал обвинитель.