-- Бог поможет нам, Женевьева, -- сказал Морис. -- Добро, которое я хотел сделать в этот несчастный день 2 сентября, приносит теперь свою награду. Мне хотелось спасти бедного священника, с которым я учился на одной скамье. Я пошел к Дантону, и по его просьбе Комитет общественного благополучия подписал паспорт этому несчастному и его сестре. Дантон вручил этот паспорт мне; но несчастный священник вместо того, чтобы прийти за ним ко мне, как я советовал, был заключен в Карм -- и там умер.
-- Где же паспорт? -- спросила Женевьева.
-- У меня; теперь он стоит миллионов, стоит более миллионов, Женевьева, -- стоит жизни, стоит счастья!
-- Благодарю, благодарю тебя, господи! -- вскричала молодая женщина.
-- Имение мое, как тебе известно, состоит из земли, которой заведует старый слуга, преданный нашему семейству, чистейший патриот, благородная душа. Мы вполне можем ввериться ему, и он будет посылать мне доходы, куда бы я ни захотел. Дорогою мы заедем к нему.
-- А где он живет?
-- В Аббевилле.
-- Когда отправимся мы, Морис?
-- Через час.
-- Надо, чтобы не знали, что мы едем.