-- Я мог бы убить вас на месте, когда застал у любовника; но человек, подобный мне, посвятивший свою жизнь честному и святому делу, должен извлекать пользу из собственных своих несчастий и обращать их в пользу этого дела. Это самое и сделал я или, по крайней мере, надеюсь сделать. Вы видели, что я отказался от удовольствия совершить правосудие; я пощадил также вашего любовника...
Что-то похожее на улыбку, на ужасную улыбку, пробежало по губам Женевьевы.
-- Что же касается вашего любовника, вы понимаете, потому что знаете меня, что я ждал только удобного случая.
-- Я готова, -- сказала Женевьева. -- К чему же это предисловие?
-- Вы готовы?
-- Да, вы убиваете меня, вы правы... я жду.
Диксмер взглянул на Женевьеву и вздрогнул. В эту минуту она была очаровательна, озаренная самым ярким ореолом -- ореолом любви.
-- Продолжаю, -- сказал Диксмер. -- Я предупредил королеву, она ждет; однако, по всей вероятности, будет сначала возражать; но вы принудите ее.
-- Приказывайте, я исполню все.
-- Сию минуту я постучусь в дверь; Жильбер отопрет ее; этим кинжалом, -- Диксмер расстегнул фрак и показал, выдернув до половины из ножен кинжал с двумя лезвиями, -- этим кинжалом я убью его.