Ключник с радостью и страхом слушал скрежет пилы, которая продолжала действовать. Пробило девять часов. В то же время в дверь тюремной конторы постучали, но жандармы не обратили на это внимания.
-- Ну, что же, мы будем наблюдать, -- сказал Жильбер.
-- И если надо, умрем на своем посту истинными республиканцами, -- добавил Дюшен.
"Теперь она скоро кончит", -- подумал ключник, вытирая со лба холодный пот.
-- Я думаю, и вы, со своей стороны, тоже не дремлете, -- сказал Жильбер. -- Ведь и вам не будет поблажки, если бы случилось то, о чем вы говорите.
-- Надо полагать, -- отвечал ключник. -- Оттого-то я и хожу дозором по ночам; вы, по крайней мере, чередуетесь и можете спать из двух ночей одну.
В это время опять застучали в дверь конторы; Мардош вздрогнул. Каждое малейшее обстоятельство могло помешать ему в успехе дела.
-- Что там? -- спросил он как будто нехотя.
-- Ничего, -- отвечал Жильбер. -- Это регистратор военного министерства уходит домой и дает мне знать.
-- А, -- заметил ключник.