Судьи вышли из зала, чтобы вынести решение; заседание кончилось.
-- Не обнаружила ли я уж слишком много пренебрежения? -- спросила она у Шаво-Лагарда.
-- О, вы всегда будете хороши, пока будете сами собой, -- отвечал он.
-- Взгляните, какая она гордая! -- раздался из толпы зрителей женский голос, как будто голос народа отвечал на вопрос, который несчастная королева предложила своему адвокату.
Королева обернулась к этой женщине.
-- Да, -- повторила эта женщина, -- я сказала, что ты горда, Антуанетта, и что гордость и погубила тебя.
Королева покраснела.
Мезон Руж обернулся к женщине, произнесшей эти слова, и кротко сказал:
-- Она была королевой.
Морис схватил его за руку.