-- Mordi! Я васъ узнаю, не смотря на вашу блѣдность. Въ послѣдній разъ, какъ мы видѣлись, вы были краснѣе.
-- Да и я васъ узнаю, не смотря на этотъ желтый рубецъ на лицѣ. Вы были блѣдны, когда я васъ угостилъ имъ.
Коконна закусилъ губы; но, рѣшившись, кажется, продолжать разговоръ ироническимъ тономъ, сказалъ:
-- Не правда ли, ла-Моль, очень-любопытно, особенно для гугенота, посмотрѣть, какъ виситъ адмиралъ на этомъ крючкѣ? а вѣдь есть же люди, которые утверждаютъ, что мы перерѣзали всѣхъ, даже до грудныхъ гугенотенковъ!
-- Графъ! Я уже не гугенотъ; я имѣю счастіе быть католикомъ. Коконна захохоталъ.-- Вы обратились? Нечего сказать, ловко!
-- Я далъ обѣтъ сдѣлаться католикомъ, если спасусь, продолжалъ ла-Моль тѣмъ же серьёзнымъ и учтивымъ тономъ.
-- Это очень-благоразумный обѣтъ; позвольте имѣть честь поздравить васъ; не сдѣлали ли вы еще какого-нибудь?
-- И очень, отвѣчалъ ла-Моль, спокойно лаская свою лошадь.
-- Какой же? спросилъ Коконна.
-- Повѣсить васъ вотъ на этомъ гвоздикѣ; видите? онъ такъ, кажется, и ждетъ васъ.