-- Итакъ, сказалъ онъ, опустивъ руки и стараясь взорами проникнуть въ эту темную душу:-- этотъ отвѣтъ долженъ я передать моимъ братьямъ? Я скажу имъ, что король наваррскій подалъ руку и отдалъ сердце тѣмъ, которые насъ перерѣзали; скажу имъ, что онъ сдѣлался льстецомъ королевы-матери и другомъ Морвеля...
-- Любезный де-Муи! Король сейчасъ выйдетъ изъ совѣта, и мнѣ надо идти спросить его, почему онъ отложилъ такое важное дѣло, какъ охота. Протайте; поступите по-моему, любезный другъ: бросьте политику, обратитесь къ королю и посѣщайте мессу.
Съ этими словами, Генрихъ проводилъ, или лучше сказать, оттѣснилъ до дверей молодаго человѣка, въ которомъ изумленіе уже начало уступать мѣсто ярости.
Едва только переступилъ де-Муи черезъ порогъ, какъ, будучи не въ состояніи противиться желанію выместить свою досаду на чемъ бы то ни было, снялъ свою шляпу, бросилъ въ ноги, и началъ топтать, какъ топчетъ быкъ плащъ матадора.
-- Жалкій человѣкъ! воскликнулъ онъ.-- Право, я не прочь, чтобъ меня здѣсь убили, лишь-бы навсегда запятнать его моею кровью.
-- Тише, де-Муи! шепталъ чей-то голосъ въ полурастворенную дверь.-- Васъ можетъ услышать кто-нибудь и кромѣ меня.
Де-Муи быстро оглянулся и увидѣлъ герцога д'Алансона; окутавшись въ плащъ, онъ выставилъ блѣдное лицо свое въ корридоръ, желая увѣриться, что здѣсь никого нѣтъ, кромѣ его и де-Муи.
-- Герцогъ д'Алансонъ! воскликнулъ де-Муи.-- Я погибъ!
-- Напротивъ того, возразилъ герцогъ:-- можетъ-быть, вы нашли именно того, чего искали; доказательство: я не хочу, чтобъ васъ тутъ убили, какъ вы желаете. Повѣрьте, ваша кровь можетъ быть употреблена лучше.
Съ этищи словами, герцогъ растворилъ двери настежъ.