Охотникъ спустилъ свору, и собаки врѣзались въ середину схватки, такъ-что все разлетѣлось въ сторону, и впились каждая въ одно ухо кабана.
Кабанъ щелкнулъ зубами отъ боли и ярости.
-- Браво, Дюрданъ! Браво, Рискту! кричалъ Карлъ.-- Ату его! Ату! Копье! копье!
-- Не хотите ли мою пищаль? спросилъ д'Алансонъ.
-- Нѣтъ, нѣтъ! Пуля не чувствуешь какъ входитъ,-- что за удовольствіе! Копье дѣло другое. Копье! копье!
Королю подали копье.
-- Берегитесь, братецъ! сказала Маргерита.
-- Не промахнитесь! прибавила герцогиня де-Неверъ.
-- Будьте спокойны, герцогиня, отвѣчалъ Карлъ.
И, уставивъ копье въ упоръ, онъ бросился на вепря; собаки держали его за уши, и онъ не могъ увернуться отъ удара. Но, завидя блескъ копья, онъ покачнулся въ сторону, и оружіе, вмѣсто того, чтобъ пронзить его грудь, скользнуло по плечу и раздробилось о камень, къ которому звѣрь прислонился.