-- Маргерита! сказалъ ла-Моль, отгадавъ ея мысль и протягивая къ ней руки: -- Маргерита! не забывайте: я умираю, чтобъ погасить послѣднюю искру подозрѣнія въ нашей любви.
-- Но что же могу я сдѣлать для тебя? воскликнула она въ отчаяніи.-- Не-уже-ли я не могу даже умереть съ тобою?
-- Ты можешь сдѣлать мнѣ смерть сладкою, отвѣчалъ ла-Моль: -- она встрѣтитъ меня улыбаясь.
Маргерита подошла къ нему и сложила руки, какъ-будто прося его говорить.
-- Помнишь ли ты тотъ вечеръ, Маргерита, когда, въ замѣнъ жизни, тебѣ обреченной, ты дала мнѣ священное обѣщаніе?
Маргерита вздрогнула.
-- Ты помнишь его, сказалъ ла-Моль: -- ты вздрогнула.
-- Помню, помню, отвѣчала Маргерита: -- и, клянусь тебѣ душою, сдержу свое слово!
Маргарита протянула руку къ алтарю, какъ-будто вторично призывая Бога въ свидѣтели своей клятвы.
Лицо ла-Моля прояснилось, какъ-будто распались своды часовни и небесный лучъ палъ на него.