И король опять обратился къ своимъ собакамъ.
Занавѣска поднялась, и опять явилась Катерина.
-- Дѣло идетъ на ладъ, сказала она герцогу:-- настаивайте, онъ уступитъ.
И занавѣска опять опустилась. Карлъ не видѣлъ, или притворился, что не видѣлъ этого явленія.
-- Мнѣ надо, однакожь, знать, продолжалъ герцогъ:-- пріятны ли будутъ вашему величеству мои распоряженія, если я стану дѣйствовать самъ?
-- Право, Генрихъ, вы пристали ко мнѣ какъ съ ножомъ къ горлу; однакожь я не поддамся: развѣ я не король?
-- Нѣтъ еще, не король; но отъ васъ зависитъ быть королемъ завтра.
-- Да... такъ вѣдь этакъ убьютъ, продолжалъ Карлъ:-- и короля наваррскаго, и принца Конде... у меня въ Луврѣ... а?
Потомъ, голосомъ едва-слышнымъ, онъ прибавилъ:
-- Внѣ Лувра, -- другое дѣло...