В продолжение разговора миледи два или три раза кусала губы: этот гасконец вёл хитрую игру.
В тот же час, что накануне, д'Артаньян удалился. В коридоре ему снова повстречалась хорошенькая Кэтти - так звали субретку. Она посмотрела на него с таким выражением, не понять которое было невозможно, но д'Артаньян был слишком поглощён её госпожой и замечал только то, что исходило от неё.
Д'Артаньян приходил к миледи и на другой день и на третий, и каждый вечер миледи принимала его всё более приветливо.
Каждый вечер - то в передней, то в коридоре, то на лестнице - ему попадалась навстречу хорошенькая субретка.
Но, как мы уже сказали, д'Артаньян не обращал никакого внимания на эту настойчивость бедняжки Кэтти.
II
ОБЕД У ПРОКУРОРА
Между тем дуэль, в которой Портос сыграл столь блестящую роль, отнюдь не заставила его забыть об обеде у прокурорши. На следующий день, после двенадцати часов, Мушкетон в последний раз коснулся щёткой его платья, и Портос отправился на Медвежью улицу с видом человека, которому везёт во всех отношениях.
Сердце его билось, но не так, как билось сердце у д'Артаньяна, волнуемого молодой и нетерпеливой любовью. Нет, его кровь горячила иная, более корыстная забота: сейчас ему предстояло наконец переступить этот таинственный порог, подняться по той незнакомой лестнице, по которой одно за другим поднимались старые экю мэтра Кокнара.
Ему предстояло увидеть наяву тот заветный сундук, который он двадцать раз представлял себе в своих грёзах, длинный и глубокий сундук, запертый висячим замком, заржавленный, приросший к полу, сундук, о котором он столько слышал и который ручки прокурорши, правда немного высохшие, но ещё не лишённые известного изящества, должны были открыть его восхищённому взору.