- Нет, нет, - сказала она, - оставьте его у себя в знак любви ко мне… К тому же, принимая его, - с волнением в голосе добавила она, - вы, сами того не зная, оказываете мне огромную услугу.
«Эта женщина полна таинственности», - подумал д'Артаньян.
В эту минуту он почувствовал, что готов сказать миледи всю правду. Он уже открыл рот, чтобы признаться в том, кто он и с какими мстительными намерениями явился сюда, но в эту минуту миледи прибавила:
- Бедный мой друг, это чудовище, этот гасконец чуть было не убил вас!
Чудовищем был он, д'Артаньян.
- Ваши раны всё ещё причиняют вам боль? - спросила миледи.
- Да, сильную боль, - ответил д'Артаньян, не зная хорошенько, что отвечать.
- Будьте спокойны, - прошептала миледи, - я отомщу за вас, и моя месть будет жестокой!
«Нет! - подумал д'Артаньян. - Минута откровенности между нами ещё не наступила».
Д'Артаньян не сразу пришёл в себя после этого короткого диалога, но все помышления о мести, принесённые им сюда, бесследно исчезли. Эта женщина имела над ним поразительную власть, он ненавидел и в то же время боготворил её; он никогда не думал прежде, что два столь противоречивых чувства могут ужиться в одном сердце и, соединясь вместе, превратиться в какую-то странную, какую-то сатанинскую любовь.