-- Совершенно такъ, милордъ, потому что именно въ эту минуту рѣшается вопросъ о войнѣ, и, признаюсь, я вижу въ вашей свѣтлости только англичанина, а слѣдовательно нашего врага, котораго я былъ бы еще болѣе радъ встрѣтить на полѣ битвы, чѣмъ въ Виндзорскомъ паркѣ или въ коридорахъ Луврскаго дворца, что, впрочемъ, нисколько не помѣшаетъ мнѣ исполнить въ точности мое порученіе и позволить убить себя, если это потребуется для его исполненія. Но повторяю вашей свѣтлости, что вамъ лично такъ же мало приходится благодарить меня за то, что я сдѣлалъ для васъ въ этомъ второмъ нашемъ свиданіи съ вами, какъ и за то, что я сдѣлать для васъ въ первомъ.
-- У насъ говорятъ: "гордъ, какъ шотландецъ", прошепталъ Букингамъ.
-- А у насъ говорить: "гордъ, какъ гасконецъ". Гасконцы -- шотландцы Франціи.
Д'Артаньянъ поклонился и хотѣлъ уйти.
-- Какъ, вы хотите уже ѣхать? Но какой же дорогой и какъ?
-- Это правда.
-- Чортъ возьми! Французы смѣло рѣшаютъ всякіе вопросы!
-- Я забылъ, что Англія -- островъ, на которомъ вы -- король.
-- Поѣзжайте въ гавань, спросите бригъ "Sund" и передайте это письмо капитану; онъ отвезетъ васъ въ маленькую гавань, гдѣ, конечно, васъ не ожидаютъ и гдѣ пристають обыкновенно только рыболовныя суда.
-- Эта гавань называется...