Офицеръ позаботился о томъ, чтобы всѣ ея вещи и чемоданы были аккуратно привязаны позади кареты, и когда все было готово, сѣлъ въ карету около милэди и затворилъ дверцу.
Кучеръ, не дожидаясь никакихъ дальнѣйшихъ приказаній и указаній, куда именно ѣхать, пустилъ лошадей галопомъ, и карета быстро покатилась по улицамъ города.
Такой странный пріемъ заставилъ милэди сильно призадуматься; замѣтивъ, что молодой офицеръ, казалось, вовсе не былъ расположенъ къ разговору, она откинулась въ уголъ кареты и перебирала всевозможныя предположенія, которыя представлялись ея уму.
Между тѣмъ, по прошествіи четверти часа, удивляясь, что они такъ долго уѣдутъ, не останавливаясь, она нагнулась къ окну дверцы, чтобы посмотрѣть, куда ее везутъ. Домовъ уже больше не видно было; деревья казались въ темнотѣ какими-то большими черными привидѣніями, которыя бѣжали одни за другими.
Милэди вздрогнула.
-- Однако мы уже не въ городѣ, замѣтила она. Молодой офицеръ продолжалъ молчать.
-- Я не поѣду дальше, если вы не скажете мнѣ, куда вы меня везете, предупреждаю васъ!
Эта угроза осталась также безъ всякаго отвѣта.
-- О, это уже слишкомъ! вскричала милэди.-- На помощь ко мнѣ! на помощь!
Никто не отозвался на ея крикъ, карета продолжала ѣхать съ прежней быстротой, а офицеръ, казалось, превратился въ статую.