Д'Артаньянъ почувствовалъ справедливость упрека.
-- Я любилъ г-жу Бонасье сердцемъ, тогда какъ заинтересованъ милэди только головой, сказалъ онъ:-- желая познакомиться съ нею, я ищу больше всего возможности разъяснить себѣ, какую роль она играетъ при дворѣ.
-- Роль, которую она играетъ! Но объ этомъ не трудно догадаться послѣ того, что вы мнѣ разсказали. Это какой-нибудь лазутчикъ кардинала: женщина, которая завлечетъ васъ въ западню, гдѣ вы лишитесь очень просто головы!
-- Знаете что, любезный Атосъ: мнѣ кажется, что вы все видите въ черномъ свѣтѣ.
-- Мой милый, я не довѣряю женщинамъ. Что дѣлать: я поплатился за это. Въ особенности не довѣряю я блондинкамъ, а вы мнѣ говорили, что милэди блондинка...
-- Да, у нея волосы самаго чуднаго бѣлокураго цвѣта, какой я когда-либо видѣлъ!
-- Ахъ. мой бѣдный д'Артаньянъ! пожалѣлъ о немъ Атосъ.
-- Подождите, я хочу кое-что разъяснить себѣ; затѣмъ, когда я узнаю то, что мнѣ хочется знать, я удалюсь отъ нея.
Лордъ Винтеръ пріѣхалъ въ назначенный часъ и, предупрежденный заранѣе, прошелъ во вторую комнату, гдѣ засталъ одного д'Артаньяна. Было уже около восьми часовъ вечера, а потому онъ сейчасъ же увелъ молодого человѣка.
Ихъ дожидалась внизу щегольская карета, и такъ какъ она была запряжена двумя чудными лошадьми, то они въ минуту доѣхали до Королевской площади.