-- Неужели мы пообедаем без женщин? -- спросил другой.
-- Что же делать? Разве пригласить принцессу со всей свитой? А больше нам не с кем обедать, -- отвечал Каноль. -- Притом же, не забудем, господа, что наш обед серьезный: если мы захотим говорить о делах, так надоедим только самим себе.
-- Хорошо сказано, комендант, хотя по правде следует признаться, что теперь женщины предприняли нападение на нашу власть, а в доказательство приведу слова, которые при мне кардинал сказал дону Луи де Геро.
-- Что такое? -- спросил Каноль.
-- Вы, испанцы, очень счастливы! Испанские женщины занимаются только деньгами, кокетством и любовниками, а у нас во Франции женщины выбирают себе почитателей, соображаясь с политикой. Так что, -- прибавил кардинал с отчаянием, -- так что любовные свидания проходят в разборе распоряжений министерства.
-- Зато, -- сказал Каноль, -- война, которую мы теперь ведем, называется женскою. Это очень для нас лестно.
Полчаса, выпрошенные Канолем, прошли, дверь отворилась и лакей доложил, что кушанье готово.
Каноль пригласил гостей в столовую, но когда они пошли, голос другого лакея раздался в передней:
-- Господин комендант Вера!
-- Ага, -- сказал Каноль, -- это очень мило с его стороны.