-- Извольте сию же минуту отправить второго курьера с приказом от моего имени отменить все и вернуть первого! Вы отвечаете мне за это головой!
Лувуа не имел необходимости отправлять второго курьера, поскольку первый, готовый к отъезду, ждал результатов смелой попытки, на которую решился министр и которая ему не удалась.
Последующее ускорило падение Лувуа. Луи XIV предложил взять Монс в начале весны 1691 года и решил, что дамы будут приглашены принять участие в осаде, как это было при осаде Намюра, но Лувуа воспротивился, заявив, что в казне сейчас нет денег на подобные дорогие глупости. Луи XIV глубоко оскорбился, поскольку хорошо знал о плачевном состоянии финансов, и, чувствуя себя бессильным, был вынужден согласиться с мнением министра. Монс не удостоился чести быть взятым в присутствии прекрасных дам.
При осаде Монса случилось довольно незначительное происшествие, которое, можно сказать, стало той каплей воды, что переполняет сосуд. Прогуливаясь по лагерю, король вдруг обратил внимание на то, что один конный караул, по его мнению, поставлен не лучшим образом, и приказал ему перейти на другое место, и каково же было удивление короля, когда в тот же день он увидел караул на прежнем месте. Король спросил у офицера, в чем дело.
-- Ваше величество, -- ответил тот, -- я сделал это по приказу маркиза Лувуа, который проходил здесь с час назад.
-- Но, -- уточнил король, -- разве вы не сказали Лувуа, что это я переставил вас на другое место?
-- Сказал, ваше величество, -- подтвердил офицер.
-- Да! -- обратился Луи XIV к своей свите. -- Лувуа дерзок однако! Не узнаете ли вы его в этом поступке, господа?
Король вернул караул на указанное им утром место, а Лувуа самым очевидным образом почувствовал отдаление короля и его неблагорасположение. Однажды, когда супруга маршала де Рошфора и г-жа де Блансак, ее дочь, приехали к Лувуа на обед в Медон, он предложил им после обеда небольшую прогулку. Дамы согласились и все сели в маленькую коляску, а министр занял место кучера. Проехав некоторое расстояние, дамы обратили внимание, что министр, забыв об их присутствии, погрузился в глубокие размышления и разговаривает сам с собой:
-- Сделает ли это он?.. Заставят ли его это сделать?.. Нет... Но, однако... О, нет! Он же не посмеет...