Вотъ какой видъ открывается изъ моего окна:

Очень широкая улица, вымощенная на срединѣ мелкимъ щебнемъ, и съ тротуарами по бокамъ, выложенными изъ краснаго кирпича. Почти всѣ дома -- одноэтажные, а всѣ окна снабжены зелеными шторами. Прямо, напротивъ насъ, главнѣйшіе магазины, а именно: большая булочная, переплетная, фабрика консервовъ и каретная лавка. Какъ разъ подъ моимъ окномъ какой-то негръ колетъ дрова, а немного подальше другой негръ ведетъ дружескую бесѣду съ поросенкомъ. Табльд'отные обѣды въ нашей гостинницѣ, а равно въ гостинницѣ противъ насъ, только что окончились. Пообѣдавшіе толпятся на тротуарахъ, болтая и ковыряя въ зубахъ. Такъ какъ на воздухѣ тепло, то они вынесли стулья на тротуаръ. Нѣкоторые изъ нихъ расположились на трехъ стульяхъ, другіе -- на двухъ, а иные наконецъ, вопреки всѣмъ извѣстнаго закона о центрѣ тяжести, усѣвшись на одномъ стулѣ, ухитрились поднять на воздухъ свои двѣ ноги и три ножки стула. Одни говорятъ объ имѣющемъ состояться завтра конгрессѣ антиалкоголиковъ, другіе говорятъ обо мнѣ, третьи -- объ Англіи и о Робертѣ Пилѣ, который пользуется здѣсь большою популярностью.

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Пароходъ "В ѣ стникъ", на обратномъ пути изъ Сенъ-Луи въ Цинциннати.

Пятница, 15-го апрѣля 1842 г.

Мы выѣхали изъ Цинциннати въ среду, 6-го апрѣля, и прибыли въ Луисвиллъ въ полночь съ среды на четвергъ. На слѣдующій день, въ часъ, мы перебрались на тотъ самый пароходъ, на которомъ ѣдемъ теперь, и плыли до девяти часовъ вечера воскресенья, когда наконецъ прибыли въ Сенъ-Луи. Понедѣльникъ мы посвятили осмотру города, а во вторникъ я предпринялъ поѣздку въ прэрію. Насъ было всего четырнадцать человѣкъ. Я вернулся въ Сенъ-Луи въ среду послѣ по-полудня. Въ тотъ же вечеръ я присутствовалъ на устроенныхъ въ честь мою вечерѣ и балѣ, а вчера, въ четыре часа по-полудни, мы пустились въ обратный путь. Цинциннати основанъ всего пятьдесятъ лѣтъ тому назадъ, но это, вмѣстѣ съ Бостономъ, самый восхитительный городъ Америки. Онъ точно вышелъ изъ лѣса, подобно сказочному городу изъ "Тысячи и одной ночи", красиво построенъ, окруженъ прелестными дачами, такъ что онъ какъ будто покоится въ большой корзинѣ, наполненной зеленью, цвѣтами и всѣми прихотями садоводства.

Намъ пришлось вытерпѣть ужасный балъ у судьи Валькера. Насъ представляли поочередно по крайней мѣрѣ полутора сотнѣ первоклассныхъ клещей, и каждый изъ послѣднихъ приглашалъ меня садиться и бесѣдовать съ нимъ. Наконецъ на лицѣ моемъ застыло выраженіе грусти,-- какъ результата безпрерывнаго впиванія въ меня клещей. Пожалѣйте обо мнѣ! Американскія литературныя дамы окончательно отогнали отъ меня веселость мою, а на лицѣ моемъ, какъ разъ подъ нижней губой, тотъ уроженецъ Новой Англіи, о которомъ я уже писалъ, провелъ неизгладимую морщину. Около лѣваго угла глаза у меня образовалась гусиная лапа, происхожденіе которой я приписываю литературнымъ особамъ маленькихъ городковъ, а со щеки моей исчезла ямочка, похищенная однимъ мудрымъ законодателемъ. Впрочемъ, какъ бы въ видѣ вознагражденія, мнѣ довелось очень много посмѣяться благодаря г-ну П. Э., литературному критику изъ Филадельфіи, единственному человѣку, говорящему чисто и правильно по-англійски, г-ну П. Э., съ прической какъ у ежа, съ большимъ отложнымъ воротникомъ, который безъ всякой пощады ловитъ насъ всѣхъ, англійскихъ литераторовъ, и подвергаетъ въ своемъ журналѣ строгимъ наказаніямъ. Впрочемъ, разговаривая со мною, онъ объявилъ мнѣ (какова честь!), что я пробудилъ новую эру въ его умѣ.

Двѣсти миль, отдѣляющихъ Цинциннати отъ Сенъ-Луи, проѣзжаешь по Миссиссипи. Для человѣческаго общества большое счастіе, что у этого знаменитаго родителя столькихъ рѣкъ нѣтъ ни одного сына, который походилъ-бы на него: это, безъ сомнѣнія, самый стремительный потокъ на всемъ земномъ шарѣ {Ср. красивое описаніе въ "Американскихъ Замѣткахъ".}. Представьте себѣ, какое испытываешь удовольствіе; когда чувствуешь среди ночи, какъ этотъ потокъ уноситъ тебя съ быстротою пятнадцати миль въ часъ, причемъ ежеминутно пароходъ ударяется о громадные плоты срубленныхъ деревьевъ. На носу парохода стоитъ человѣкъ, всматривающійся и вслушивающійся съ величайшимъ вниманіемъ,-- вслушивающійся потому, что въ темныя ночи онъ можетъ догадаться лишь по шуму воды объ имѣющихся впереди препятствіяхъ. Человѣкъ этотъ держитъ въ рукѣ веревку, подвязанную другимъ концомъ къ языку большого колокола, который подвѣшенъ въ машинномъ отдѣленіи; каждый разъ, какъ раздастся ударъ колокола, тотчасъ-же застопуютъ машину, которая остается въ бездѣйствіи, пока не раздастся второй ударъ колокола. Въ прошлую ночь звонъ этого колокола раздавался по крайней, мѣрѣ каждыя пять минутъ, и каждый разъ мы ощущали ударъ, отъ котораго чуть не падали съ коекъ. Мы только что выѣхали изъ этой ужасной рѣки и вступили въ тихій фарватеръ Огайо. Переходъ этотъ показался мнѣ восхитительнымъ.

Я пользуюсь этой окружающей меня тишиною, чтобы возобновить въ моей памяти воспоминанія о поѣздкѣ моей въ прэрію, и чтобы занести здѣсь впечатлѣнія, вынесенныя мною изъ этого, совершенно новаго для меня зрѣлища... Впрочемъ, видѣть прэрію стоитъ скорѣе для того, чтобы имѣть право сказать, что видѣлъ ее, чѣмъ потому, чтобы въ ней дѣйствительно было что-либо величественное. Американцы, при описаніи ея, впадаютъ въ обычныя имъ вездѣ и во всемъ преувеличенія. Знаменитый дальній западъ не можетъ выдержать никакого сравненія съ Шотландіей или съ Валлисомъ. Въ прэріи вы видите впереди и вокругъ себя непрерывную линію горизонта; вы находитесь среди громадной равнины, напоминающей безводное море. Я очень люблю пейзажи дикіе и пустынные, и они производятъ на меня такое-же впечатлѣніе, какъ и на всякаго другого живого человѣка; но, признаюсь, я испытываю при этомъ также нѣкотораго рода разочарованіе. Видъ Салисбэрійской равнины болѣе трогаетъ меня. Здѣсь-же чрезмѣрный просторъ придаетъ пейзажу не дикій, а какой-то унылый характеръ; все это обширно, но не величественно. Впрочемъ, мнѣ удалось присутствовать при величественномъ солнечномъ закатѣ.

Поговоримъ немного о Сенъ-Луи. Здѣсь свѣтскіе люди довольно грубы и невыносимо фатоваты. Всѣ обыватели молоды; я не замѣтилъ во всемъ городѣ ни одной сѣдой головы. По сосѣдству съ городомъ лежитъ островъ, называемый Кровавымъ: здѣсь происходятъ почти всѣ возникающія въ Сенъ-Луи дуэли. Еще недавно здѣсь происходила дуэль на пистолетахъ, въ которой убиты были оба дуэлянта. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .